- 16 августа — 13 сентября 2021 года -
Большое Токо — гора ямбуй — Мая — Уда
г. Уфа – г. Тында (поезд) – ст. Улак (поезд) – угольный разрез «Эльга» (попутный транспорт) – пеший переход до оз. Большое Токо – переход по оз. Большое Токо – пеший переход до р. Саргаканда – сплав по р. Саргаканда до р. Идюм с радиальным выходом на г. Ямбуй – волок по р. Идюм до р. Эге-Соллак-Макит – пеший переход до р. Эге-Соллак – сплав по р. Эге-Соллак до р. Аюмкан – сплав по р. Аюмкан до р. Мая – сплав по р. Мая до р. Уда – сплав по р. Уда до Охотского моря (п. Чумикан) – перелёт до п. Бриакан (вертолёт) – БАМ, ст. Постышево (попутка) – г. Комсомольск-на-Амуре (поезд) – г. Хабаровск (поезд) – г. Уфа (поезд)
Всего 703км за 29 дней:
Пешеходная часть 167км (из них пешие переходы 105км, подъем против течения 43км, радиальный выход на голец 19).
Водная часть 536км (из них по озеру 12км, сплавы по рекам 524 км)
Лодка: Эридан
Участники похода
идея похода
«В начале было слово, и это слово Ямбуй» — это эпиграф к отчету о прошлогоднем пешем походе 6к.с. по Становому хребту, осуществленным группой туристов из Владивостока. Присоединяюсь: для любого знакомого с творчеством Григория Федосеева это «во истину» так, ибо повесть «Злой дух Ямбуя» одна из ключевых в его творчестве, как сейчас модно говорить «знаковая» и «культовая». По ней в 1977 году снят одноименный фильм, можно сказать первый советский триллер. История, рассказанная в книге, захватывающая, мистическая, при этом основана на реальных событиях и очень красиво и живо изложенная писателем. Прочитав её еще в начальной школе, а впоследствии не раз перечитывая, я многократно и по-разному представлял ландшафт и места, где разворачивались те драматические события. Позже, узнав расположение гольца Ямбуй на карте и сопоставив с событиями и описаниями из повестей «Тропою испытаний» и «Смерть меня подождет» стало понятно, что повествования эти основаны на нескольких последовательных экспедициях под руководством Федосеева в конце сороковых – начале пятидесятых годов прошлого века. Все они развивались полностью или частично примерно в одном районе: в верховьях рек Идюм и Мая с переходом Станового хребта через перевал без названия по долине реки Эге-Соллак-Макит на Аюмкан. Так появилась идея объединить в одном походе и увидеть своими глазами места, описанные в нескольких отдельных произведениях, а именно: побывать на озере Большое Токо, затем, поднявшись на Ямбуй, собрать фото и видео материал по нему, попытаться разобраться в произошедшем на месте, далее пройти реку Саргаканда, верховья Идюма и сплавиться по Мае от верховьев до Охотского моря. Маршрут вырисовался разнообразный в плане разнохарактерности участков и способов передвижения, а соответственно эмоционально богатым и интересным, проходящем частично по крайне малопосещаемым местам и в целом непростой, в особенности на первой, пешей половине. При этом я чувствовал, что мотивация на преодоление любых трудностей для прохождения этих легендарных троп и путей зашкаливает. А это главное для таких мероприятий.
Маршрут, варианты заброски — выброски. На сегодняшний день есть два известных мне способа попасть на Маю: пешком от угольного разреза «Эльга», либо вертолётом. Вертолёт — дорого и неинтересно, но это на любителя. Пешее же прохождение с Алданского нагорья через Становой хребет в верховья реки давно не является новым словом в туристской практике комбинированных маршрутов и осуществляются практически ежегодно. На сегодняшний день пользуется популярностью переход оз. Б. Токо – р. Утук – пер. Тас-Балаган – р. Зея – р. Луча – перевал на руч. Реперный – р. Кукур – р. Салакит – р. Мая. Этот вариант пешего захода достаточно сложен и энергозатратен из-за необходимости прохождения двух перевалов, но убирает за скобки Алданское нагорье со всеми его «прелестями», и этот плюс перекрывает минусы. Думаю, не ошибусь, если скажу, что наибольший опыт здесь имеет Владимир Солонович из Белогорска, ходивший через Утук раз десять, подсказками которого я и воспользовался в некоторой степени. За что спасибо ему, большое.
Вторым источником информации по району похода стал справочник «Водные маршруты СССР. Азиатская часть.», где есть описание маршрута №137 под названием «Река Мая», в котором заявлена 230-ти километровая(!) пешая часть от озера Б. Токо и 360 километровый сплав по Мае до п. Удское. Он категорирован как 4 к.с., что продиктовано, видимо, следующим пояснением: «Путешествие связано со значительными пешими подходами к реке и требует от группы серьезных навыков в передвижении по горному рельефу». То есть на категорийность повлияла первично пешка, что по моему мнению правильно, т.к. Мая по сложности вряд ли выше 3 к.с., даже по высокой воде.
В сети не удалось найти каких-либо отчетов о полном прохождении этого маршрута, тогда как по Мае сплавляются часто, в основном используя вертолётную заброску. При этом надо отметить, что, проходя реку в начале осени, я не нашел никаких следов пребывания групп в текущем сезоне, наверное, они периодически начисто смываются наводнениями.
В итоге, к началу подготовки к походу, где-то пару лет назад, сформировалось понимание, что я буду на северном склоне Станового, в районе Ямбуя редким гостем, возможно первым туристом за многие годы. И тот неожиданный факт, что на гору поднимались владивостокцы в 2020г, меня весьма удивил, хотя мотивацию никак не пошатнул, так как наши мероприятия схожи лишь восхождением на голец, и незначительными пересечками путей в районе реки Саргаканды, в остальном же различаются. Приведу отличительные моменты:
— разная нитка маршрутов,
— чисто пешее против пеше-водного,
— подъем на вершину и спуск с севера «по книге» в моем случае, тогда как они взошли с юга, и ушли на запад,
— групповое мероприятие против одиночного.
При этом их поход по сложности, темпу и уникальности выше всяких похвал и оценок. Снимаю шляпу.
Почему я пошел в одиночку? Здесь всё просто – время пришло. После ознакомления с аналогами прохождения серьезных соло маршрутов, возникло четкое понимание моральной и физической готовности к подобному, с учетом предыдущего опыта преодоления препятствий, ведения походного хозяйства, общения с дикими животными, а также укомплектованности снаряжением высокого качества и функциональности. Следующий момент — это тяга к новым ощущениям, эмоциям и впечатлениям, часто описываемых в отчетах такого рода, то, чего не найти в групповых мероприятиях. Плюс, вызывало интерес погружение себя в достаточно опасные и агрессивные условия без права на серьезную ошибку, так сказать проверка «на вшивость». Ну и последние — естественная минимизация «ходячих» товарищей и компаньонов из прошлого. Мало кто может позволить себе такое удовольствие. Жену же взять в этот трэш не рискнул, хотя она очень настаивала, и правильно сделал, при всем уважении к её потенциалу и опыту.
Собственная же практика одиночных походов к моменту старта равнялась нулю, была лишь пара самостоятельных ночевок на охоте и все.
Вдобавок не могу не отметить усиленное сопротивление родственников осуществлению этой затеи. В целом причины возникновения этого посыла понятны, удивила лишь увеличившаяся настойчивость, гораздо выше, чем перед походом с детьми в Якутию, или значительно более длительным путешествием вдвоем на Чукотку. Видимо ключевым моментом здесь стало слово «один».
В конечном итоге насколько смог убедил, остальное – проигнорировал.
Глядя на предстоящее путешествие на выходе, помимо трудностей на маршруте, явно просматривались серьезные проблемы заброски-выброски. Если на выброске сложность была связана лишь с перелётом Чумикан-Хабаровск (наличие билетов, вес багажа), то по опыту 2017 года заброска до разреза «Эльгауголь» — это рулетка с небольшими шансами на успех, без особых надежд на договоренности, лояльность владельцев дороги Улак-Эльга, как, собственно, и получилось. Подробно об этом описано ниже.
Определяющие достоинства данного маршрута, которые виделись на старте:
1) разнообразие нитки по последовательности разнохарактерных участков;
2) качество препятствий (пешая часть, волок, сплав, выход в море) с изменением условий передвижения на всем протяжении похода;
3) информационная, а именно литературно-историческая насыщенность района;
4) красота Маи;
5) дикость мест и плотность населенности их живностью, в соответствии с особенностями ландшафта, помноженное на прохождение нитки в одного, и т.д.
Сравнивая этот комплект с предыдущими путешествиями, стало очевидно, что его итоговое эмоциональное богатство похода будет на высоте, достаточной, чтобы запомниться как один из ярчайших.
В завершении о возможности самостоятельного аварийного выхода, а также встреч с людьми на маршруте, и соответственно шансами на помощь при ЧС. Таких вариантов три и находятся они примерно в центральной части нитки, это:
— заимка одного небедного товарища из Белогорска, расположенная при впадении ручья Караялях в Маю, охраняемая посменно сторожами,
— рудник в верховьях ручья Большой Курумкан, притока Маи, где есть постоянное присутствие людей,
— старательская артель на речке Большой Чайдах (о которой я не знал),
— помимо перечисленного существуют небольшие шансы пересечься с тургруппами на Мае, но я никого не встретил, и никаких следов их прежнего пребывания не обнаружил.
На сплав по Идюму до метеостанции Чюльбю, расположенной на Учуре, особо рассчитывать не приходилось, поскольку этот переход занял бы минимум 6 дней упорного хода на веслах (450 км по реке). Так можно выйти при незначительном травмировании, не позволяющим пройти волок и перевальную пешку через Становой общей длинной 75 км.
В итоге, несмотря на абсолютную ненаселенку по ходу движения, и минимальные перспективы встреч с людьми на основной, наиболее тяжелой части маршрута, вероятность спасения в случае непредвиденных ситуаций можно считать значительной.
Предыстория. За полгода до старта я связался с Андреем из поселка Горный на предмет заброски, которую он и пообещал, указав в качестве конечной и максимально возможной точки подъезда на его машине ручей Уряды. Это вполне устраивало меня, ведь до озера Большое Токо, старта основной части маршрута, от ручья оставалось пройти 7 км по вездеходке, пусть и по болотистой местности. С самим Андреем мы уже доезжали двумя семьями в 2017г., на его джипе Ниссан Террано до реки Амгуэма. Тогда вопрос с заброской мы решили на месте, без предварительных договоренностей, просто посетив поселок и опросив местных, которые и указали на Андрея, согласившегося сходу за умеренную плату. Перед этим у нас случилась незапланированная встреча со службой безопасности, обслуживающей автодорогу к «Эльгауголь», в результате которого мы написали объяснительную, а также бумагу, в которой возлагали ответственность за перемещение по дороге на себя, и были отпущены.
Теперь ситуация изменилась, и значительно. Первое – цена довоза, но это объективно, ничего не поделать. Второе — пандемия. Здесь, со слов Андрея, необходим сертификат о прививке, либо справка о наличии антител. Ок, будет сертификат, уколемся раз так надо. Третье – разрешение на посещение заказника Большое Токо. Оно было получено усилиями Солоновича (групповое, с моим участием), и без каких-либо проблем. Ну и сам проезд: местные жители имеют пропуска на пользование автодорогой, а пассажирам, скорее всего, понадобится пропуск, и Андрей берётся оформить его.
Несколько сомневаясь в реальности этого, я попробовал получить официальное разрешение: отыскал контакты и дозвонился в среднее звено руководства СБ, которые в свою очередь связались с головным, где им пояснили, что не будут разговаривать на тему проезда в принципе. Это и было передано мне устно.
Тем временем наступило лето, а я переболел Ковидом. Средне, без осложнений, получив в итоге на руки ПЦР-тесты: «Обнаружено» от 01.06.21 и «Не обнаружено» от 11.06.21. Поначалу я настроился спустя 3 недели сдать анализы и получить справку подтверждающую наличие антител, но, с учетом меняющейся обстановки и в связи с утратой доверия к антителам у наших врачей, взял в поликлинике справку-медотвод от вакцинации, сроком на 2 месяца. Сбросил скан Андрею, он уточнил у сведущих, те сказали пройдет без вопросов.
Правда недели за две до поезда выяснилось, что в назначенные сроки отвезти он не сможет в связи с обстоятельствами по работе. При этом дал контакт родственника, который примерно в это время поедет через разрез на свою охотничью заимку и посодействует в вопросе заброски. Обзвон ряда других перевозчиков из Горного, на всякий случай, дал только один неоднозначный вариант, в котором человек 15-го августа должен был выйти на работу, тогда как я прибывал 14-го ночью, и времени у него на дорогу туда и обратно было в обрез. Впрочем, остались несколько контактов неопрошенных, но перспективных.
В целом, при отправлении в путь, было впечатление общей подготовленности как по бумагам, так и в договоренностях с людьми, но уверенности, что всё пройдет ровно не было никакой. Скорее было ощущение, что придется «землю грызть», чтобы попасть в точку А.
Отягчающим обстоятельством стало крушение поездов 17.07.2021 на 51-ом километре перегона Улак-Эльга. Событие тяжелое по последствиям, с жертвами, что естественно повлекло ужесточение проездного контроля. Но о подсадке на локомотивы я и не помышлял, хотя это было возможно несколько лет назад. Настрой был исключительно на автозаброску.
В завершении предыстории прикладываю документы, так как это важно в сложившихся обстоятельствах и их преодолении.
дневник
14 августа (заброска).
Спустя 6 суток после посадки на поезд в Уфе, со слезными и глубоко минорными вокзальными расставаниями, я прибыл на станцию Улак, а именно 14.08, в 00.15. Из множества знакомств и историй по ходу движения через полстраны, выделю встречу в Тынде, при пересадке. В зале ожидания ко мне подсел мужик, негромко говоривший по телефону фразами такого характера: «на 51-м километре», «я успел спрыгнуть», «скрещение путей», «разорвало на куски», «всё горело, я не мог подойти», и т.п., по которым стало понятно, что это участник недавней катастрофы. Разговорились. Он рассказал о своей версии случившегося, отличной от официальной, при этом настроение у него было подавленное, сам какой-то желтый: предстояли долгие выяснения и опросы прокурорскими работниками. Едет домой. Еще прозвучало, что 16 августа прибывает московская комиссия по расследованию происшествия, соответственно, на Эльге все «на ушах». То есть, мне крайне необходимо добраться в течении двух дней, иначе потом шансы станут совсем призрачными.
От Тынды мы доехали с Олегом, как оказалось дядей Андрея, совершенно случайно добиравшимся в то же самое время, тем же сидячим вагоном, в кресле через ряд. Конечная цель его – охотугодья в районе Алгамы. Сам опытный охотник, бывалый таежник, вдобавок отличный рассказчик с большим жизненным опытом.
По ходу разговора выяснилось, что имея некоторые знакомства по прошлой работе на Эльге, в частности с комендантшей городка при КПП1, и он попробует посодействовать, прицепив меня к вахтовке, но всё будет решаться по месту, на удачу. Затронули вопрос принадлежности автодороги до угольного разреза, здесь его понимание совпало с мнением местных: в основном это доделанная старательская трасса, поэтому какие-либо препятствия на пользование ею крайне сомнительны, тогда как с запретом перемещения по параллельно идущей железной дороге всё ясно.
Рассказал Олегу вкратце о своих планах, заметив по реакции, что заинтересовал. На вопрос, а как быть с пропуском, получил совет везде говорить, мол, еду оформляться в ООО «Техпром», должны были встретить, пропуск оформят позже, по прибытию. Тогда и стало понятно, что грядет операция «Заяц» с полным набором рисков. Но вахтовиков пол вагона, да и деваться некуда, ладно, попробуем просочиться.
Высадившись из поезда в темень, мы бодро зашагали по знакомой по прошлому визиту территории станции, к стоящим неподалеку автобусам и уселись в один из них. При этом я еле пролез в дверь габаритами герморюкзака. Один из вахтовиков, глядя на мой плотно набитый баул апельсинового цвета, спросил: «На рыбалку?» – «Типа того». Остальные просто косились.
На въездном, 1-м КПП, всех, кто без пропусков, коих было несколько, направили из автобуса «на запись». Я посмотрел на Олега, он кивнул. В итоге всех приписали к их организациям, зафиксировав личные данные. Через несколько минут подъехали к гостиничному городку и общей волной пошли на досмотр. «С какой целью?» – спрашиваю, – «На предмет алкоголя». Та-а-а-к. А у меня пол литра спирта на поход, для крайних случаев. Заходим, мужики кидают сумки на длинный стол, трое смотрят содержимое. Подхожу к крайнему, не без труда скидываю сорокакилограммовый баул. Проверяющий похлопал по нему, внимательно посмотрел на меня, слегка улыбнувшись прищуром глаз, и спросил: «Где такую сумку купил?» – «В интернете», – «В ней всё в порядке?», – «Да», – «Тогда проходи».
Взваливаю герму, поворачиваюсь, вижу сразу налево дверь, где народ толпится и что-то берёт по предъявлению пропусков. Чуть помявшись, в раздумьях что делать дальше, натыкаюсь на Олега, в руках которого постельное белье. Он сходу берёт меня за руку и громко говорит: «Ну, прошел досмотр! Тогда все, пошли». Выйдя в коридор, указал на комнату-зал, уставленную нарами, со словами: «Ложись, с утра пораньше будь готов к отъезду».
Так, улегшись безо всякого белья на свободную койку, что подальше, я вырубился под веселые разговоры и хохот прибывающих вахтовиков часа в 2 ночи. Встал в 7.00, выспался. Только успел перекусить, заходит Олег. «Пакуйся побыстрей, в 8.00 выезжаешь, вахтовка номер такая-то, подойдешь за полчаса, я состыкую тебя с водителем, сам завтра поеду» – «Понял.» Как и договорились, подхожу к КАМАЗу, Олег подводит к шоферу: «Вот, докинешь его до трехсот такого – то километра.» Тот посмотрел на меня и как-то неуверенно сказал: «Хорошо».
Пассажиры подтянулись, дружно закинули вещи в багажное отделение и расселись. Всем хватило мест с небольшим запасом, всё ок. Я сижу в дальнем ряду, мысленно прокручиваю 12-ти часовой путь, прикидываю, где лучше выйти, чтобы попасть на дорогу к озеру, и т.п. Тут заходит невысокая коренастая женщина в больших очках, с папкой в руках. «Здравствуйте, товарищи пассажиры, белье все сдали?» – «Да!», – «Хорошо, тогда быстренько пересчитываемся и в дорогу. Раз, два, три… …двадцать один… а у меня по списку 20. Еще раз. 21. Не поняла. Давайте пофамильно. Иванов – я, Петрова – я… …Сидоров – я! Кто лишний?» – долгая пауза. «Ну, кто не записан?» – пауза еще длиннее. «Я», – поднимаю руку, всё ясно, это финиш. Все оборачиваются, с удивлением. Комендантша – «Вы какая организация?» – «Техпром» – «Пропуск есть?» – «Нет, оформлю по прибытию», – «А как вы белье получали, оно вообще сдано?» – «Я его и не брал за отсутствием пропуска» – «Ну, не знаю, тогда как быть, поверить на слово?». Пассажиры начинают нервничать, мол, надо бы ехать. Мужчина из первого ряда, видимо из руководства, говорит: «Ладно, Людмила Петровна, пропуск там оформит. Главное, чтобы ПЦР свежий был, он же есть?» – «Нет, есть справка — медотвод и ПЦРы июньские». Людмила Петровна, немного переменившись в лице, сообщила: «Так. Выходите, забирайте вещи и идите за мной». Встаю, иду по проходу, под провожающими взглядами ощущая какие чувства испытывали Киса с Бендером, выходя с аукциона по продаже стульев. Впечатляет. Выхожу, открывают багажное отделение, а там герма завалена сумками. Комендантша занервничала: «О-о-о, сейчас нам еще всю машину разгружать, помогайте мужики!» «Не надо, спасибо, сам» – кое-как достаю и иду с ней в кабинет. Олег провожает нас взглядом, сидя с мужиками в беседке неподалеку. Понятно, он её не знает.
Заходим, садимся, спрашивает: «Вы вообще кто?» – «Турист, путешественник, мне нужно добраться до Токо», – «Мы сейчас вас оформляем и передаем охране, далее едете в Тынду, сдаете ПЦР-тест, а потом как начальство решит». «Маловероятно», – говорю, – «Что оно будет что-то решать, ведь я уже обращался за разрешением в службу безопасности, но они не пожелали общаться, ответа не получил — ни да, ни нет. При этом у меня есть разрешение заказника на его посещение, а проезд готов оплатить, как говорится, за «два счетчика». Не ответив, она стала звонить кому-то и сообщать о происшествии.
Зашел охранник и препроводил меня в гостевой домик при 1-м КПП, постовые которого созвонились с руководством и получили приказ не пускать пытающихся въехать посторонних в принципе. «Не пропустим, даже если с местными захотите проехать» – говорят твердо, но без злобы. И добавляют: «На 2-м КПП, у разреза, ребята пожестче работают, они точно не пропустят, через них не пройдешь, вернут обратно». Попытался узнать у них причины ужесточения подхода к туристам. Сказали, мол был недавно трагический случай с водниками и вот результат. Вот так так. Непонятно, при чем здесь «Эльгауголь», если брать аналогию с собственниками или пользователями любых дорог, по которым перемещаются тургруппы по стране. На крайний случай при оформлении разрешения можно было бы взять бумагу, о возложении ответственности проезжающих на себя, взяв плату за проезд, обязательство непосещения зон производства работ и т.д.
Ясно одно, теперь ситуация стала хуже, чем если бы попытался проехать с местными перевозчиками. У меня есть в запасе вариант сплава от реки Нуям до Алдана, но до него добираться пусть не 300, но 80 километров этим же «закрытым» направлением. И этот вариант в разы проигрывает основному по многим параметрам. Других вариантов нет – только домой, потому как нет ни карт, ни интересных маршрутов в моем формате. Думаю, при этом в ушах явно слышу крики охотских чаек и шум наката морской волны.
Так, погодите. Где тут земля? Я буду её грызть.
Связываюсь с Олегом, попросив телефон у проезжающего: у меня Билайн, а здесь только нестабильный МТС берёт. Всё к одному. Он сказал, что поедет ночью часа в два, и может подобрать меня, если смогу быть в нужном месте, километрах в 5-ти по направлению к Эльге. Уточняю у охраны, пропустят ли пешком по дороге в сторону Нуяма. Ответ: «Нет». «Ну а по тайге и болотам я могу перемещаться, например до Нуяма дойти?» – спрашиваю, – «За лес мы не отвечаем». Вот, уже теплее. Зашел в гостевой домик, перепаковался для пешего хода, переоделся в соответствии с начавшейся жарой, и потопал по дороге от КПП в сторону поселка Горный. Через километр развернулся и широким полукольцом, по голубичному мелколесью, обошел кордон, и, миновав нефтебазу вышел на дорогу. Прошел еще с километр и сел в ожидании попутки. На часах 14.00, может повезет. Очень жарко.
Проехало несколько машин, в частности местные, которые, останавливаясь, отказывались везти в такую даль за любые деньги. Грузовики ходят груженые и порожняком, без остановок – видно они работают накоротке и вряд ли здесь можно ждать удачу. Пара джипов прошла мимо, чуть подтормаживая и подозрительно рассматривая меня.
Чуть позже едет Нива, о, думаю, неплохой вариант. Подъезжает, останавливается, выходят два охранника в форме и говорят: «Грузитесь, садитесь в машину, поехали на выход». Пояснения, аргументы и уговоры оказались абсолютно бесполезны, настрой у них оказался более чем конкретный. Видимо в предыдущих джипах ехал кто-то из начальства, и вызвал патруль на обезвреживание. Закинув герму, быстро доехали до въездного КПП, постовые которого встретили с ухмылкой: «Вы в казаки-разбойники что ли в детстве не наигрались?». А те, что доставили, добавляют: «Имейте ввиду, что в следующий раз, если он случится, вызываем полицию с последующим оформлением и выдворением в Тынду», – и уезжают. Я же набираю воды, надеваю герму, иду в сторону Горного, и на первой же развилке ухожу еще более длинным и длительным обходом, километров на 6, выйдя на дорогу часов в 9 вечера, уже затемно.
На этот раз убираю вещи подальше в кусты, а сам выхожу на перекресток в районе двустороннего бокового съезда. Теперь легковые авто не торможу, уходя при их приближении. Буду ждать вахтовку с Олегом. При этом велик риск, что водители других вахтовых машин (а они точно будут, поскольку идет пересменка вахт на разрезе) сообщат охране. Ведь я не знаю на какой именно он поедет. Поэтому, понимая, что Олег будет внимательно смотреть по сторонам при проезде этой части пути, при приближении большегруза отхожу метров на 50 от дороги по съезду и включаю фонарик. Кто едет прямо, тот его вряд ли увидит, а кому надо, тот точно заметит.
В итоге, встав на пост где-то в 22.00, простоял до 4-х утра, налюбовавшись на звезды и кометы до изжоги, немного околев к рассвету. За это время проехало 5-6 вахтовок и это много, но все мимо. Стало ясно, что у Олега что-то пошло не так: забыть он не мог, это читается по человеку сразу. Поставил палатку и в 4.30 лег спать с поганым настроением и ощущением, что этот карусельный день должен срочно закончиться.
15 августа (заброска)
Проспав час, встал бодрячком, похоже адреналин ситуации каким-то образом повлиял на самочувствие. Посмотрел карты Нуям-Сутам-Гонам-Учура, и, несмотря на всё более явно надвигающиеся образы сплава по этой нитке, четко представил, даже не представил, а увидел себя на берегу Тихого океана. Мне именно туда, и я буду там.
Быстро собрался и вышел на дорогу. Рассвело.
Проехал пустой грузовик в нужном направлении, но не остановился. Стою думаю, сообщит, не сообщит? Следом еще два, второму махнул, он притормозил. За рулем парень среднеазиатской внешности. Попросил у него позвонить по оставшимся двум номерам перевозчиков из Горного – последняя возможности уехать. Дозвонился не сразу, но поговорил – оба в отказ. Олег не доступен, видимо всё же уехал и сейчас в дороге. Ясно. Остается только попутка непонятного назначения и вероятностью около нуля, потому как у водителей вахтового транспорта приказ не подсаживать голосующих на дороге, с местными всё понятно, а другие здесь не ездят. Отдаю телефон: «Спасибо». А он слышал разговор, и предложил подкинуть 30км до щебеночного карьера, куда и направлялся. Супер, едем. Оказался из Киргизии, только вышел на вахту, поговорили в дороге, много интересного рассказал про те края.
Через два часа мы были на месте. Поблагодарив водителя, я пошел по дороге открыто, предположив, что патрулирование на таком расстоянии от базы маловероятно. А двигаться решил потому, что у идущего шансы пусть ненамного, но больше, чем у стоящего. Где-то час прошло после старта от карьера, как послышался звук приближающегося грузовика. Поворачиваюсь – КАМАЗ фургон. Не успел махнуть, как он, притормаживая, подкатывает. Смотрю в кабину – там двое, перевожу взгляд на водителя, а тот – опа, подмигивает, улыбнувшись. «Живем», – мелькнуло в голове. Подхожу, он открывает с вопросом: «Куда идешь?», – «Мне бы до Нуяма надо, но в идеале до 2-го КПП, выручайте мужики», – «Садись». Залезаю шустро, а внутри несколько парней и пожилой в камуфляже. «Повезло тебе» – говорят, здороваясь. «Да не то слово» – отвечаю. Оказалось, они ездили за продуктами и оборудованием в Горный, а теперь возвращаются на Эльгу, захватив охотника-промысловика до его угодий на Алгаме.
Смотрят, немного сочувственно, как на тяжелобольного: «До океана своим ходом? Это реально, что ли? Нет, ну а медведи если?»
Охотник же особо виду не подал, оживился только при упоминании Ямбуя, затем опять ушел в себя.
Короче говоря, миновав 260 км, уже ближе к вечеру, меня высадили за пару километров до поста. Ребята, под впечатлением от предстоящих планов, сунули презент – банку говяжьей тушенки, несколько пачек кофе 3 в 1 и горсть конфет. И это было кстати, потому как наглядевшись на плотность стланика и здешней местности которая им поросла, я решил добавить два дня к запланированным 27, раскидав их по маршруту. Плюс пришло понимание о сроках завершения заброски, соответственно появилась возможность более четкого планирования согласно графику вылетов рейсового самолёта из Чумикана, и теперь, ориентируясь на рейс 14 сентября, итого выходило 29 дней. Поэтому был бы здесь магазин, сам докупил бы продуктов. Дополнением к подарку у меня был остаток еды с поезда: пачка «Финкрипсов» 250 гр, сухого мяса 100 гр, и два Доширака по 70гр., в сумме дополнительный объем составил 820 гр. К слову, раскладка, взятая из дома, формировалась из расчета 420гр/день + 15 грамм спирта.
Итак, доехал – полдела сделано. Очень хорошо, но следующая половина задачи, это добраться до озера. Проводив взглядом уезжающую попутку, ушел в лес, обуреваемый, мягко говоря, положительными эмоциями. С ними я и дошел до реки Ундыткан, что в 2-х км от автодороги и расположился на ночлег рядом со старой вездеходной колеей, идущей в направлении угольного разреза. До него примерно 8 километров в обход КПП. Слышна работа техники, доносятся далекие взрывы из-за горы. Похолодало, t около 0, высокая влажность.
Сон в 22.00.
16 августа (1-й день)
Встал в 5.00, немного поздновато, t+2. Ночью был 0, и, толком не одевшись, подмерз до крупной дрожи, будучи в одном спальнике. Взял их два пуховых, Сивера Вежа -1, размером Reg и Long, что дало возможность варьировать использование, как по отдельности, так и вместе, в диапазоне температур до -10, проверял. Собирался 3,5 часа, долго подыскивая вещам «свои места». В итоге хорошо упаковался, оставив вне гермобаула только фотоаппарат и антимедвежий набор (морской фаер в поясной сумке, кружку и альпинистский карабин). Общий вес этого комплекта составил 41 кг, из них «понятных» 40, что же составило еще один килограмм неясно, скорее всего своя тара и упаковка продуктов. Сорок расчетных кило — это, в частности, причина того, что ружье оставил в сейфе. Минимальный комплект с несколькими пулевыми патронами весит от 4 килограмм.
Воду решил понести отдельно, в частично наполненной полуторалитровке из-под газировки, в руке, поскольку на герме нет карманов, а постоянно снимать её долго и утомительно.
Мой вес на старте, в городе, составил 82,5 кг, тогда как до короновируса был около 87, при этом питание в поезде вряд ли что-то изменило. Этой потере формы я не расстроился, ведь на функционале это не отразилось, а лишние несколько кило тащить на костях ни к чему. Единственным негативно-печальным моментом этой болячки стала частичная утрата обоняния с крайне медленным восстановлением, а следовательно многие тонкие ароматы походного меню стали недоступны.
Вышел в 9.00, всё в росе – сегодня будет очень тепло, как минимум.
Довольно ходко зашагал по вчера найденной вездеходке, постепенно приближаясь к основной дороге и через несколько километров миновал 2-е КПП с запасом. С некоторыми сомнениями вышел-таки на трассу, но не прошел и 200 метров, как увидел самосвал, который плохо было слышно из-за доносящегося шума карьера. Пришлось быстро сместиться через обочину в придорожный кустарник и залечь подальше. Когда, ориентируясь на звук удаляющегося грузовика, стал выходить, то сразу наткнулся на джип с мигалкой, еле слышно движущийся метрах в 100. Тут уж как шел, так и упал в ближайшее углубление в кочке на спину, гермой вниз. И как охрана не заметила меня сложно сказать, но машина проехала мимо.
Все! – хорош партизанить. Теперь только тайгой и по возможности избегая открытых пространств. Тайга здесь — это чахлый лиственничник, густо поросший карликово-березовой чапыгой, кедровым и ольховым стлаником в мой рост, с небольшими перелесками болотистых озер и марей, хороводами мошки и комара, с жарой под 30, усиленной безветрием. Соответственно, иду в таких условиях в режиме 10-15 минутных «ходок», больше уже на измор. Честно говоря, я ожидал в середине августа температуры поумеренней. Продравшись до пересекающей путь ЛЭП, свернул по ней к Ундыткану, перешел его вброд, чтобы не идти через автомобильный мост с понятными рисками. Далее по одной из множества второстепенных дорог дошел пару километров до основной, и, оглядевшись, на максимальных скоростях перебежал её по открытому пространству, сверкая на солнце гермой и пятками. Затем благополучно добрался до недостроенного железнодорожного моста, под которым и пообедал в отличном настроении.
Пока ел, рассматривал реку совместно с картой, в результате чего стало ясно, что легче и безопасней идти руслом, чем пытаться здесь подниматься на угольную гору в поисках верховой дороги на Большое Токо. Ундыткан в этом месте течет параллельно возвышенности, где ведутся разработки, и очевидна возможность пройти по нему километров 10, миновав основной полигон угольного разреза. Так и сделал. Река обмелела, относительно «тайги» идти легко и быстро даже с учетом частых переходов через протоки на разбоях, и обхода завалов. Воду прохожу в ботинках сходу, которые даже если и набирают, то быстро опорожняются: благо старенькие «Lowa» шиты-перешиты и клеяны-переклеяны, а соответственно быстро дренируют по микродыркам и щелям. Иду, обозначаю себя звонким стуком карабином о кружку, изредка покрикиваю. Иногда добавляю хруст полторашки, разминая её в руках – получается громкий, резкий и инородный для этих мест звук. Иду, думаю, что всё хорошо, только разрез не увидел, а было бы интересно взглянуть.
Дальше пошли прямые валунисто-порожистые участки, довольно непростые, особенно в необходимости прыгать по большим камням с не менее большим рюкзаком. Прижимы и броды через каждые 150-200 метров. К вечеру в этом гранитном хаосе нашел мелкогалечную суперстоянку, идеально ровную и закрытую от ветра. Пока ставил лагерь и готовил еду, поймал 2-х хариусов на мелкую блёсенку. Вери гуд. В итоге дня – 14 км, и это тоже гуд, да еще какой! В этих условиях и 8-ми был бы рад. И главное — я иду к Охотскому морю, иду своей тропой, без шлагбаумов.
На сон грядущий удалось поговорить с семьей, так как появилась связь. Сообщили, что на подходе дожди. Здесь неплохой «Билайн», но завтра он пропадет и перейду на общение через трекер, который, к слову, уже с 13-го августа пишет трек.
Отбой в 21.00. Тепло, t+10.
17 августа (2-й день)
Утром, в 4.00, также тепло, t+8. Ночью стукали камушки, просыпался. Под утро дождик покапал. Собрался. Запечённые на рожне хариусы стали отличным допом к завтраку перед сегодняшней дальней дорогой.
Вышел в 7.20. Опять тяжелые берега реки, валуны, скальные прижимы, всё густо в стланике, поток шумит. Иду, постукиваю.
Увидев слева просвет, поднялся на крутой берег, а там открылся пейзаж получше и повеселее: голубично-кочковатая поляна с мелким кустарником, блестящим после дождя, редкими деревьями и всё залито солнцем.
Прошел метров сто в своих положительных думках, ветки хрустят, иду бодро на свежих парах. Справа сбоку, слышу громкий звук, типа кашель-хрюк. Поворачиваю голову и вижу, как шурша корой на лиственницы, метров на 5, взлетают два медвежонка, зависают и смотрят вниз. Темно-бурые, а грудки посветлее, размером с небольшую лайку, симпатичные.
Сразу мысль: «Рядом мама», – следующая, – «Б-ть, п-ц». Это худший вариант. Шарю глазами, не вижу ее, параллельно лезу за фаером, в поясник. «Может сзади стоит» – и начинаю поворачиваться. Тут она поднимается метрах в тридцати, рядом с медвежатами, за упавшей листвянкой. Встала в рост, уши торчком. Секунду поглядела, и ломанулась на меня. В разгон, хрустя кустами, вытянув голову, прижав уши и мелькая когтями на бегу, стала быстро приближаться. Бурым дергающимся комом, как овчарка, летящая к нарушителю.
Я же успел только развернуться, действуя на автопилоте, схватить кружку и складной нож Victorinox, который нес в кармане на шлейке, начать долбить ими и орать. Получился довольно угрожающий двойной звук, где основным был крик типа: «А-Э-Э-Э!», мол, куда прешь. В этот момент стоял как вкопанный (или одеревеневший?), лицом прямо к ней. Без мыслей в голове, лишь ощущая существом неотвратимо приближающуюся угрозу для жизни. Наверное, подобное испытывает водитель легковушки, выброшенный в гололед на встречку, глядя на приближающуюся фуру.
Еще было чувство, что от быстро надвигающейся критической опасности весь сжимаешься внутрь, как будто прячешься в себя, чтобы уйти от развязки. Думаю, что если душа и есть, то она в таких ситуациях уходит не в пятки, а в центр тела.
Когда медведица в несколько секунд подлетела метров на 15, я заорал и заколотил максимально, выдав все, что мог. Так, что отбил палец руки и обколол торец ножа, как выяснилось позже. При этом она на бегу стала подниматься, поворачивая вправо и резко сбрасывая скорость. Инерцией, её боком подтащило ко мне метров до 3-х, в упор, после чего, развернувшись, она зигзагами стала отходить высокими скачками, как бы прикрывая медвежат, которых к этому моменту сдуло с деревьев. Так и удалилась с ними в ближайший перелесок под мое крико-дренчание. По поведению при отходе и особенно на последних метрах приближения, было заметно, что она испугалась. По всей видимости при принятии решения атаковать, у неё не было намерения завалить, а только отпугнуть, так как прямой и явной угрозы потомству не было.
Есть термин «ложная атака», вот так, похоже, это и выглядит. Но если бы побежал, сработали бы другие инстинкты, а дальше понятно. Раньше казалось, что в такой ситуации наверняка отнимутся руки и ноги, обмякнешь и станешь не способным к действиям. Видимо здесь сказался опыт Якутии и Чукотки, где мы не раз отгоняли медведей металлическим звоном и криками, в частности медведицу с медвежатами. В общем, адреналин был, но не так много, чтобы парализовало.
Постояв и постучав минут 5, пошел своим путем, размышляя об этой семейке. Чуть отойдя, подумал, что надо бы сфотографировать место встречи – на память. Развернулся и щелкнул.
Так вот, похоже, мишки вышли по ягоды с утра пораньше, погреться на солнышке, обсохнуть после дождя. Мамаша увлеклась чем-то и не услышала приближающихся шагов из-за шума реки. Вывод: система кружка + любой металлический элемент или камень работает и должна находиться под рукой в подобных дебрях всегда. И надо активнее обозначать себя.
Чуть отошел, как из-под ног взлетела глухарка и села на ближнее дерево, хотя обычно они улетают далеко. Как-будто смотрела за нашей сценой с мишками. Может это ангел-хранитель или добрый дух?
Немного дальше набрел на старую вездеходку, ведущую почти в нужном направлении, хотя до поселка геологов, от которого можно подняться на верховую дорогу к озеру оставался километр. Припустил по ней, постепенно забирая назад, но надеясь подсечь другую, верную, которая обозначена на карте. Так и ушел, вернувшись примерно к позиции середины подъема, пройденного вчера по Ундыткану, то есть в соседний распадок угольной горы. Ошибка вопиющая, но обратно уже ноги не несут, требуют вперед. Тут как раз подошел к нижней ветке дороги, ведущей наверх, поднявшись по которой и изрядно попетляв, вышел к действующему карьеру. Удивили идеальные дорожные полотна для БелАЗов, ровные как ВПП. Опять люди, деятельность, а соответственно опасность нежелательных встреч, и вероятность попадания в зону взрывных работ. Но лезть в лоб по крутому откосу, наглухо поросшему стлаником, да с таким баулом, в пекло под +35 — это испытание лютое. Поэтому пришлось долго распутывать паутину второстепенных заброшенных проездов, пока не наткнулся на тарахтящий на холостом ходу экскаватор со спящим водителем. Хотел не будить, но пока проходил мимо, он проснулся, немного опешив. Поговорили. Сказал, что по основным дорогам ездит охрана, отлавливая пешеходов, так как в зоне проезда БелАЗов и погрузочной техники ходить нельзя. Я решил, что к черту всё это благоустройство, и спустился по крутой осыпи профиля дороги, весьма опасно, двинув в обход через распадок, чтобы подальше уйти от территории основных работ. После тяжелого подъема еле допер до верхней дороги, откуда открылся вид на огромный угольный карьер-разрез. Была же мысль, что неплохо бы его увидеть, и вот, пожалуйста.
Кое-как пообедал: еда не лезет, и пошел к озеру. Дорога эта «хребтовая» оказалась второстепенная и малоиспользуемая: судя по следам, в последние дни прошла пара автомобилей и вездеход. Перед походом видел информацию, что въезд на неё с территории разреза перекопали угольщики и на машине сюда не попасть. Следы говорят, что проехать все-таки можно. Иду с осторожностью, оглядываясь назад, хотя проблемы теперь маловероятны.
Становой здесь силён и хорошо читаем, хотя и чуть затянут маревом. Оно если и от пожаров, то в малой степени, в основном это испарения. При осмотре на 360 градусов очагов пожаров не видно, также как не было их в этом районе, при просмотре программы трансляции пожаров онлайн в течении последнего месяца. Сейчас Якутия горит очень сильно, но севернее.
Солнце жарит нещадно, колея сухая, лужи редки. Посматриваю на них, потому как с водой промахнулся, и на оставшиеся 15 км имею её пол-литра. Стал жестко экономить, желания идти вниз на поиски воды нет никакого. Как назло, подряд подъемы да спуски — тяжеловато с таким грузом, частенько перевожу дух, отсиживаюсь. Зной изнуряющий, как в июльской Анапе. Плюнул и стал пить мутную воду из досыхающих луж.
Иду, слышу кто-то разговаривает. Вижу, мужик в трусах ягоды собирает, бормоча себе под нос. Окликнул. Он подошел, познакомились, поговорили основательно, попили его кофе. Оказалось это сторож геологического поселка, пришел позвонить на гору (он по блютусу разговаривал, когда я подошел), а заодно и бруснику собрать. Месяц, говорит, людей не видел. Пока общались, на разрезе так рвануло очередью, что пошатнуло, а столбы дыма взметнулись метров на сто – взрывные работы. Распрощавшись, пошел получше: кофе явно оживил. Спасибо, Николай! Иду, изредка поднимая стайки кормящихся куропаток: вдоль обочины полно полупоспевшего шиповника и осыпающейся малины. Местами, где колея поглубже, просматриваются пласты каменного угля.
В итоге, миновав многокилометровый спуск, доплелся до цели в 18.00 и с трудом поставил палатку – ухайдакался капитально. Встал на речке Уряды, и действительно «Урр-яяя!», — дошел живой, и до Токо осталось всего 7 км. Выпил по приходу полведра воды, а затем, в честь нового ДР грамм 50 разведенки. Правда с такого объема эффекта практически не почувствовал. Сегодня прошел около 25 километров однозначно, и примерно за 8 ЧХВ. Плюс подъемы-спуски метров 800 в сумме. В общем, отдалился наконец от цивилизации и от рисков – «ушел от бабушки» Эльгинской, похоже-таки, да. Позже чуть отпустило, полегчало, и ноги отошли, а то сварились в ботинках за день. Отбой в 21.00.
18 августа (3-й день)
Встал в 4.15, моросил дождь всю ночь, t+12. Вроде бы восстановился, состояние ок. Попробовал собирать герму в тамбуре палатки — вполне возможно, так что от погоды теперь не завишу по этой части. Еду приготовил на горелке. Вышел в 7.30, перешел по камням Уряды и бодро зашагал по разбитой вездеходами дороге. Олег предупреждал, что после речки пойдут мари, но топких мест мало, видимо из-за засухи. По жидким краям луж много следов оленя, росомахи, волков. На моховой кочке нашел несколько ягод морошки, чему очень удивился, ведь очень поздняя пора уже для нее. Иду, не забывая простукиваться и кричать речёвки. Петь песни, как советуют, утомительно, надо постоянно напрягать сознание, что отвлекает, тогда как любые несложные кричалки в самый раз. Среди деревьев показалось зеркало Токо, и вскоре я уже был на берегу.
Озеро красивое, вдобавок штиль и низкая облачность разбилась на мелкие части, стало солнечно. Именно в такую погоду и хотелось увидеть его, а не шторм с дождем. Примерно в километре, слева, кордон заказника: человек на берегу, вездеход стоит. Документы у меня в порядке, поэтому терять время на его посещение нет смысла. Пообедав, надул за полчаса каяк, погрузился, отошел от берега и стал мягко резать гладь направлением на ближайший мыс. Увидев под берегом птичью пару небольшого размера, подошел по инерции, почти без гребков. Самочка присела, а самец бегает рядом, немного распушив хвост, чем-то напомнив очертаниями маленькую дрофу. Это точно не рябчики и не куропатки, а значит краснокнижная дикуша, других куриных такого размера здесь не водится. Птица доверчивая настолько, что раньше её ловили петелькой за голову, осторожно продевая её с близкого расстояния. Вот и я подплыл метров на 10, но шумновато, после чего они потихоньку ушли за кусты и долго стояли, выглядывая из-за коряжки. Сфотографировать не успел, к большому сожалению, ведь такие встречи редки и ценны.
Дальше, двигаясь вдоль берега, увидел модный домик из оцилиндрованного бревна. Здание свежее, благоустройство видно тоже, и сделано богато и со вкусом. Чья это красота неведомо, но скорее всего угольщиков.
Впечатленный этой лепотой, двинул к устью Утука напрямую, штиль позволяет. Быстро дошел до коряжника нанесенного рекой, где по словам Солоновича водятся трофейные щуки.
Поставил поппер, и с третьего заброса, не без труда, но вытащил одну, выпрыгнувшую в атаке дельфином на полметра. Хорошо потягала. Взвесил – 4,5 кг, должен осилить, оставляю. Привязал к корме лодке и напрямую резанул к месту завтрашнего старта в пешку, преодолев оставшиеся несколько километров за час. Берег здесь в плавнике и среднем галечнике, с уклоном – пришлось выполнить срезку-подсыпку, выравнивая площадку под палатку. Но вид со стоянки — изумительный. «Жемчужина Южной Якутии» – этот лейбл присвоен озеру по делу.
Повозился с уловом, наделав жарехи и ухи, и половину одолел за раз. Завтра думаю задержаться здесь до обеда, жалко уходить от такой красоты. Тепло, t+12, отбой в 21.00. Прошел за день 7км пешком и 12 по воде, за 6 ЧХВ.
19 августа (4-й день)
Проснулся в 4.00, провалялся до 5.00, t+10. Тишь да гладь, благодать. С ночи гагары давали концерты, к утру достигшие апогея и усиленные лебедиными перекличками.
Умылся, побрился, искупался. Организм явно восстановился: от усталости стоп и спины почти ничего не осталось – сон здесь целебный. Досушил лодку. Еле добил уху, все-таки мой рыбий формат – 3 кг, с большим уже проблемы. Решил собираться и идти пока погода. Помедитировал еще немного, насладился покоем, и в 10.30 уже лез на прибрежную гору, по стланику, направлением на восток. Чуть позже подсек оленью тропу и дело пошло веселее, только мошка одолевает. Жрёт усердно, лезет в глаза, в рот – сладкая на вкус. Послаще голубики, которой здесь больше, чем гнуса.
Спустился к ручью, впадающему в озеро Малое Токо, которое как не пытался, так не смог разглядеть сверху возвышенности, хотя до него оставалось километра полтора. Видел лишь его долину и скалистые берега.
Далее пошел равный подъем, где более-менее было поначалу, но затем стланик перешел в классический, пятиметровый, толстоствольный, убийственный. Это ожидаемо. Сразу потеряна ориентация, скорость упала до 0,5км/час. Продираясь, стараюсь двигаться максимально аккуратно, особенно пружиня и перескакивая с гермой по стволам, проползая под ними на корячках и т.п. При этом приходится постоянно проверять направление по компасу, изредка проверяя положение по навигатору. Звеню, кричу.
Пошел мелкий дождик, это видимо к нему так бесилась мошка, и через 10 минут я полностью вымок. Фотоаппарат, который нес на поясе в чехле, сразу убрал в десятилитровую герму, креплением на тот же ремень.
На днях расстроился, что не хватит ААА батареек в фонарик: всего два комплекта, а один уже подсаживается из-за ночных бдений на эльгинской дороге в ожидании вахтовки. Но оказалось, что в последний момент доложил в ремкомплект еще три батарейки, ура. Похоже, некоторые вещи в суете даже не зафиксировались памятью.
К концу дня шел в режиме: на спуске и по ровному ходки до 40 минут, в гору 15-20. Отдых минут 5, поднимаюсь с колен, иначе никак. Во время переходов иногда останавливаюсь в наклон, перевожу дух. В момент остановки само собой вырывается во весь голос: «Х-ууу! Е-еее! Во блин!». Заодно обозначаюсь.
К 17.00 подошел к ручью Озерному, где и разместился на поляне, прошагав 7 км за 5 ЧХВ. Дождь кончился, всё в воде, t+10. Отбой в 21.00.
20 августа (5-й день)
Проснулся от ветра в 4.15, палатку бьет, дождик моросит, t+12. Похоже, опять весь день «купаться».
Упаковался в тамбуре, одел всё сырое и вышел в 8.00. Сегодня стланик лишь полосами, но его замещают плотные заросли карликовой березки, которая здесь размером в мой рост. Вопрос решается простым продиранием, главное в пелене веток вовремя заметить валежник и ямы.
Иду неплохо, мокрый только по пояс, так как продолжающийся ветер осушил верха. Стараюсь держаться троп направлением на юго-восток, при этом постоянно сносит вправо, южнее. Здесь общим ориентиром служат хребты Станового, не давая сильно ошибиться. По ходу приходится обходить множество мелких и средних озер, встречаются холмистые участки, поросшие ягелем. Здесь идти одно удовольствие.
Вообще то, ожидались преграды из труднопроходимых марей, по факту же – в основном сухие поверхности, чему способствует затянувшаяся погода без значительных осадков.
Судя по пройденному, про болота и зыбуны в этой предгорной полосе, нет и речи.
Пообедал на Худуркане, часто упоминаемой в повествованиях Федосеева реке, родине эвенков Карарбаха и Лангары, героев повести «Злой дух Ямбуя».
Русло здесь каменистое, вода вкусная – пью её литрами как конь после заезда. Появился аппетит: похоже организму, помимо поедания самого себя, понадобилось дополнительное питание в соответствующих нагрузкам объемах.
Вторую половину дня провел на частых подъемах и спусках в преодолении ответвлений близлежащих отрогов. Много кедрового стланика, шишек, следов кормежки медведя. Гнуса не особо. Одежда высохла. С одного из холмов видел далекую гору, которая, исходя из расположения на карте, и есть Ямбуй. Большой массив, мрачноватый.
К вечеру добрался до озера Нерунда, судя по габаритам, второго среди водоемов Южной Якутии после Большого Токо. Оно немного напоминает карельские озера: те же поросшие деревьями острова и редкие валуны по берегам. Только этот водоем человеком практически не посещается, в отличие от зверья, следов которого тьма.
В конце дня лямки режут плечи, вдобавок сильно перетягивает грудную клетку стяжкой: сказывается отсутствие поясного ремня на гермобауле. В остальном он хорош, особенно при проходе через кусты, из-за скользящей поверхности и отсутствия большого числа наружных ремней, присущих обычным рюкзакам.
Дошел до дальнего края озера, и уже думал было, что придется спать на вездесущей кочке, как пересек ручей и появились варианты поинтереснее. В самом его устье набрел на идеальную мелкогалечную площадку с видом на озеро. Вдобавок рядом, в приручьевой яме, настоящая купель с ледяной водой. Класс!
Антураж соответствующий – над озером гуляют небольшие дождевые тучки, курлычат журавли, всё величественное, дикое. Попробовал покидать спиннинг – пусто. Уговаривать не стал. В итоге дня 12 км, за 8 ЧХВ. Отбой в 20.30.
21 августа (6-й день)
Ночью лил дождь. Встал в 4.30, вышел; все вокруг мокрое, свежее. Только начинает светать. Очень нравится практика использования светового дня полностью, где особенно ценно утро. На заготовленных с вечера сухих дровах приготовил завтрак, в турборежиме, под идущем волнами дождем. Опять сборы в тамбуре и выход в 7.30. Перед выдвижением искупался в купели. Водичка – ух! Моментально покраснел, жар пошел по телу, а утренняя бодрость удвоилась.
Иду по мари, звеню. Вдруг движение впереди, по ходу. Я — дын-дын. Кто-то живой скрылся за кустом. Еще прошел метров 20. Оп, вроде бы рога двигаются. Да, олень. Медленно шагает навстречу, наклоняясь, в поисках съедобного. Здоровый самец сокжой, бока лоснятся на солнце от влаги, переливаются серебром. Начал медленно доставать фотоаппарат из гермы, а это непросто сделать без шума. Он остановился, смотрит в мою сторону, откуда звук. Бычара. Метров 70 между нами. Не думал, что северные олени могут быть такими большими. Я замер. Он же прошел еще 10 метров: уши торчком, хотя и щиплет походу травку, вертит головой в поисках опасности. Наконец достал фотик, и только стал поднимать его, как олень, резко развернувшись, побежал. Разогнавшись, пошел ровно, как поплыл, задрав белый хвостик и немного покачивая огромными рогами.
И как он загодя не услышал звона металла? Подойдя к месту, где стоял рогач, обнаружил шумящий ручей. Ясно. Эх, не повезло немного – какие кадры пропали.
Далее пошла жижа с моховыми островками и высокая кочка. Много полупоспевшей клюквы. Горы постепенно приблизились; вхожу в долину ручья Усин-Билир, притока Саргаканды, куда мне и дорога.
Прошел немного по его каменному руслу километр, пока оно не превратилось в валунистое месиво. Полез берегом, наглухо заросшим стлаником, в надежде, что там будет менее опасно. Но с таким баулом лезть через чащобу, вдоль 45-ти градусного склона, заваленного буреломом, оказалось еще хуже. Спустился и продолжил петлять с берега на берег в обход прижимов, иногда и небольших каньонов.
Ботинки от таких условий эксплуатации начали раскисать и намекать на приближающийся полный развал.
Ручей стал еще глубже врезаться в рельеф, пока не превратился в ущелье со своим микроклиматом, с множеством цветущих растений и ревеня.
Вскоре началось выполаживание, и, недолго попетляв в устье ручья, я был на берегу Саргаканды около 15.00.
Первое впечатление — отличная река, по водоносности для каяка самое то. Сразу за ней раскинулся массив Ямбуя, его западная часть подступает вплотную. Переправился и, встав на косе, быстро обустроился. Были мысли уйти ниже километров на 20, но решил, что не стоит, надо насладиться моментом. Погода райская, t+25. Пройдено 9 км за 5,5 ЧХВ.
Под вечер над головой низко прошла большая стая серых гусей. О, старые знакомые, привет, привет. Равнинные участки долин средних и больших рек Алданского нагорья — это их дом, здесь дико и кормно.
Порыбачил, поймал ленка на килограмм и всё: достаточно пока. К вечеру небушко затянуло. Тишина. Сон в 21.00.
22 августа (7-й день)
Несколько раз просыпался, но сразу проваливался в сон, крепкий и восстанавливающий. Встал в 6.00, проспав 9 часов: сегодня короткий «рабочий» день, километраж сплава небольшой. Тихо, чуть пасмурно, t+14. Хорошая погода для знакомых уфимских ребят, которые сегодня будут добираться вертолётом на реку Уян, за трофейными тайменями. Надеюсь, и мне повезет с этим, потому как Саргаканда река крайне малопосещаемая, соответственно рыболовный прессинг практически нулевой. Должна быть рыба, и хорошая.
При поготовке к походу я не нашел в сети никакой информации о сплавах по ней, поэтому настраиваюсь на серьезные водные препятствия, а там как получится. По крайней мере, у Федосеева эта река описывается так: «Вырвавшись из гранитной щели к равнине, Реканда (так в повести называется Саргаканда) всё еще не может успокоиться от бешеной крутизны, от порогов и скал, преграждающих путь. Ревет, бросается по сторонам, как разъяренный зверь, скачет по шиверам, живая, трепетная, ненасытная».
Тогда их экспедиция с трудом преодолела реку, потеряв оленя при переправе на сторону Ямбуя.
Зная это, собираюсь и пакуюсь качественно, максимально внимательно и не торопясь. В спасжилет вкладываю трекер и документы в контейнере, сетку с солью и еду, в объеме достаточном чтобы выбираться 2-3 дня в случае ЧП.
Сижу на берегу, вожусь с лодкой, как слышу сквозь журчание реки чьи-то далекие шаги на противоположном берегу. Вскоре, чап-чап, по «моему» вчерашнему ручью вышел олешек и, увидев меня, замер минут на пять. Повертел головой и хотел было идти вброд, как резко вздрогнув, убежал — похоже, учуял. И как же они выживают бедняги в такой тишине с километровой слышимостью и как следствие возможностью устройства засады для хищников. Мне же такая звукопроницаемость пространства на руку, думаю, много нежелательного зверья уходит с тропы.
Собравшись, торжественно, с фото и видео, отчалил. С первых гребков течение понесло, замелькали камни в чистейшей воде. Метров 300 ниже вынесло на перспективный омут, где и остановился порыбачить. Хотел было позвенеть для безопасности, глядь, а связки кружка + карабин, подготовленной, чтобы всегда носить на шее, нет. Побежал назад, осмотрел место стоянки — пусто. Вспомнил, что положил её на герму, и в суматохе съемок не пристегнул. И где внимание? Где опыт? Нет слов.
Вернулся к лодке и два раза прошел пройденный участок вверх-вниз, просматривая дно, но тщетно. Видимо унесло течением в омут, где глубина метров 5, и дно не просматривается; в местах же помельче много белого камня, путающего поиск. В общем бесполезно.
Да уж, начало обескураживающее. Плюнул и поплыл дальше, думая о том, чем бы создать нужный звук. А нечем, разве что найти что-нибудь железное в избе, которая должна быть пониже, если ориентироваться на прошлогодний отчет владивостокцев. Пить то я могу из колпака от термоса, а без звучного металлического звона здесь, как без оружия в бою.
И действительно, через несколько километров увидел зимовье, расположенное на высоком, обрывистом берегу. Ну очень кстати.
По натоптанной тропе поднялся к поляне, где помимо дома есть баня и мелкие хозпостройки. Хозяйство капитальное, но подзаброшенное, а расположено здесь потому, что рядом здоровенная зимовальная яма, где охотники рыбачат, вдобавок к промыслу. Зашел в дом, осмотрелся — интерьер музейный, много раритета, но всё более-менее аккуратно. Баня же на издыхании.
В итоге, взял эмалированную кружку поменьше из 4-х, имевшихся в наличии помимо другой посуды. Знаю это нехорошо, но другие железяки не дали нужного звука, пробовал. Поэтому решил эту жизненно важную проблему так: прошу хозяев извинить.
Река далее стала еще спокойней, я ждал порогов, а тут и перекаты редки.
На одном из плесов увидел на дне что-то белое. Подплыл ближе, а это дохлая щука килограмма на три, подавившаяся таймешонком. Видели подобное на Кольском, только в варианте «полщуки в щуке». То есть не рассчитывает она свои возможности, хватает всё, что хоть немного меньше себя.
Постепенно обошел массив Ямбуя и встал в намеченном месте, примерно, где и Федосеев в 1949 году. Отсюда видно, что путь на гору будет непростым, особенно в нижней, лесистой, части. Остановился на острове, потому как берега здесь сырые: кругом озера и мари. В последние дни сухо, подъем реки маловероятен, да и встал довольно высоко от воды. Недалеко от стоянки, прямо в русле, нашел элемент некоего объекта. То ли лопасть, то ли киль, возможно часть от военного механизма.
Пожарил ленка, пойманного по ходу сплава. Пишу, а тишина такая, что бурчание живота в ожидании ужина кажется далеким громом. Завтра очень нужна хорошая погода.
Отбой в 21.30. Прошел 16 км, за 6 часов, но много времени потратил на поиски утерянного и рыбалку. Похолодало, туман, t+5.
23 августа (8-й день)
Ночью проснулся от звука легкого накрапывания дождя. Расстроился, ведь если будет облачность, смысла идти нет. Если же отложить выход и ждать погоды, то может стать еще хуже и надолго. Или вообще не идти?
Нет конечно, пойду в любую погоду, пусть по сырому, сколько осилю. С тем и уснул.
Встал в 4.15, дождик всё моросит, река парит. Быстренько собрался по отработанной для радиальных выходов схеме. Котомка, сделанная из чехла от каяка и дополненная стропами-лямками, получилась удобная и легкая. Лагерь оставил как есть, ведь наводнения и гостей не предвидится. Единственно, собрал все мелочи в палатку от дождя. Пасмурно, t+12, дождик стих.
Вышел в 6.30. Прошел топкую, густо поросшую мелкой лиственницей, марь, затем начал резко забирать по куруму. С таким весом просто лечу.
Первая ходка получилась 1,5 часа, уставал только на крутяках, да и то незначительно. Местами очень круто, приходится задействовать все конечности, особенно на густо поросших участках. По мере подъема стала вырисовываться картина событий, описанных в повести. Делаю много фото и видео.
Вскоре поднялся на северо-западный отрог массива, с которого открылся вид на вершину.
Вот он какой, голец Ямбуй, обитель духов и легенд. «Шибко плохая гора», как называли его эвенки. Да уж, вид суровый: всё масштабно, красиво.
Видимость приемлемая, лучше, чем ожидалась утром, слабый ветерок. Облачность растянуло, и дождь, похоже, сегодня не грозит.
С каждой ходкой растительность и попутные тропки становятся всё суше, кустов мало, камни цепкие. Стланик невысокий и редкий, позволяющий лавировать, и относительно безопасный в смысле встреч. Усердно стучу, ору. В голове медленно и без музыки крутятся строки: «Если с другом вышел путь… …хоть без друга буду я… …и медведь без друга».
Последний крутой взлёт прошел по звериной тропе, хорошо протоптанной и унавоженной. Останавливаясь, осматриваю открывшиеся дали и представляю, как здесь работали геодезисты. Тяжелейший труд в таких условиях, но очень нужный и интересный, наполненный событиями и красотой.
В итоге до полуразрушенной пирамиды, расположенной в верхней точке, добрался за 4 часа ЧХВ, общее время 5 ч., и это 8 км от стоянки.
Посидел, проникся моментом: ведь я на Ямбуе. Невероятно.
Это как у известной компании мечты сбываются, так у некоторых физлиц воплощаются сверхмечты. Сверхмечта — это то, о чем даже не мечтал, что когда-то казалось недосягаемым и нереальным к воплощению в принципе.
C вершины хорошо видны озера и болота в районе Саргаканды, где Федосеев попал в западню, а позже утонул раненный людоед. К ним спускается северо-восточный отрог, где и произошли основные события, описанные в повести, в частности гибель трех человек, участников геодезических работ в этой части Станового хребта. Хорошо различима долина ручья, спускающегося с него на восток и поросшего кедровым стлаником. Туда ходили за водой, и именно там погибли Сергей Петрик и техник Евтушенко. Левее этого отрога, в лощине, блестит небольшое круглое озеро, недалеко от которого был убит Елизар Быков. Еще западнее еловый перелесок, где Федосеев с Павлом застрелили «не того» медведя. А в окончании этого длинного ответвления массива Ямбуя расположен, четко просматриваемый отсюда, небольшой холм-взгорок, обращенный в сторону Саргаканды скалой и названный в повести Мысом Первопроходцев.
Там захоронены останки погибших. Его я видел вчера с реки, на подходе к стоянке, это без сомнений.
На востоке, среди тайги, блестят изгибы реки Идюм, по которому предстоит через несколько дней подниматься против течения вверх к перевалу.
Рядом с пирамидой небольшой тур из камней, в котором, как не старался, никаких закладок с записками не нашел. Странно.
Сижу, пишу свою. Смотрю, рога движутся за склоном, совсем рядом. Выглянул – три оленя пасутся метрах в 70-ти. Увидев меня, ушли на юг, в долину. Высоковато для них; скорее здесь можно ожидать встречу с горными баранами, но похоже гнус заставляет и этих жильцов тайги подниматься так высоко. Животные здесь часто ходят через голец, что подтверждает широкая тропа, проложенная по гребню, ведущему от него на Становой.
Распогодилось, в разрывах облаков стало проглядывать солнце. Затем резко начался сильный ветер и, через некоторое время из-за Станового показались дождевые тучи. Пора вниз.
Далее направился в сторону Мыса с целью найти могилу или остатки лиственничной стелы, которая была сооружена на ней.
Проходя мимо озера Боско-Сир, увидел на его середине еле движущуюся точку.
При приближении оказалось, что это кормящаяся на мели лосиха. Стоит по грудь, часто и подолгу опуская голову в воду, доставая нужные водоросли. Решил проверить силу металлического звона, заодно пугнуть жителей начинающихся отсюда зарослей. Успешно, услышала сразу, хотя расстояние, между нами, больше километра.
Вниз иду без остановок на отдых, по пути ем голубику, и особенно налегаю на бруснику, уже поспевшую, бордовую, сладкую. Голубика кисловата, но сочна, ею и напиться можно.
На подходе к Мысу заплутал в ольхово-березовых джунглях до полной потери понимания местонахождения. Навигатор, конечно же, решил проблему, но стало ясно, что будь в наличии только компас, я бы холм не нашел. Плюс же этих блужданий оказался в находке ледяного ручья, который напоил и подбодрил, снял навалившийся мор.
В 18.30 вышел-таки, на искомую вершину, но она так плотно заросла стлаником, что как не пытался, никаких напоминаний о прошлом не нашел. С Мыса хорошо видно Ямбуй, рядом расположенные озера, Саргаканду, что соответствует изложенному в книге. Дословно этот эпизод описан так:
«Через полчаса мы без приключений добрались до своих, расположившихся на голом мыске. Тут они решили устроить братскую могилу погибших товарищей. С мыска был виден весь Ямбуй, суровый, строгий, и южный край Алданского нагорья в своем печальном убранстве.
Заморосил мелкий прохладный дождичек и точно дымкой окутал землю. В неглубокой яме, вырытой у самого обрыва скалы, прикрытой полотнищем старенького брезента, лежал Елизар, чуточку сгорбленный, с откинутой назад правой рукой. У его изголовья – останки Петрика и Евтушенко.
Вспыхивает костер. Дым уходит в серое безмолвное небо. От земли поднимался запах зеленой хвои и душистого рододендрона. На снежные вершины Станового упали тени застывших в небе облаков. Они казались траурными черными знаменами, приспущенными над свежей могилкой. С болота донесся крик чайки; он звучал в воздухе материнским плачем. На обелиске, вытесанном из толстенной лиственницы, сделали скромную надпись:
ЗДЕСЬ ПОХОРОНЕНЫ ГЕОДЕЗИСТЫ: С. ПЕТРИК, Е. ЕВТУШЕНКО, Е. БЫКОВ,
ОТДАВШИЕ СВОЮ ЖИЗНЬ ЗА КАРТУ РОДИНЫ.
Настала последняя минута прощания. С золотистых листьев молодой осины, как слезы, падают на свежий холмик капли дождя. Все молча стоим, склонив головы…
Мы ушли от могилы, когда уже не было дождя. Ушли с чувством, что навсегда покидаем этот скалистый мыс. Время всё сотрет, исчезнет холмик, упадет обелиск, умрет осинка, и ничто уже не напомнит историю трагической гибели людей. Вечны только жизнь и смерть. Но пока жив человек, он не должен забывать эти оставленные в глуши тайги могилы.
Если когда-нибудь сюда, к подножью Ямбуя, придут люди – туристы, геологи или случайно забредут охотники пусть они взойдут на мыс, он хорошо виден с озер, и положат на его вершину, где похоронены землепроходцы, зеленую веточку в знак того, что мы, живущие, помним о них»
Солнце к этому моменту село и до темноты остался час, поэтому, отсняв видео, я ускорился по направлению к лагерю. Спустился к озерам, и через час, уже в сумерках, был на месте, где всё оказалось в порядке.
Этот факт доставил радость, как и то, что не надо заниматься обустройством в таком умотанном состоянии.
По приходу выпил сто грамм за свершившееся событие и в память о былом, о погибших ребятах. Заел копчено-вяленной медвежатиной, которой в 2017 году нас угостили на Учуре чагдинские охотники и часть, из которой ждала своего часа до сегодняшнего торжественного дня.
Небо открылось, высыпали звезды.
Высокая влажность в воздухе и конденсат на палатке, значит, завтра будет солнечно и без осадков.
Посидел у костра, попил чай. Постоял, запрокинув голову с полчаса, в ожидании метеорита, но нет, ни одной черточки.
В 22.00 пошел спать.
Итого прошел 19 км за 11 ЧХВ, с подъемами и сбросами примерно 1500 метров по высоте.
Несмотря на утренние сомнения, дело сделано, и это не может не радовать. Следующая задача №1 — поймать хорошего тайменя.
24 августа (9-й день)
Ночью затянуло, пошел дождь. «Неужели не работает примета с выпадением росы?» – подумалось сквозь сон.
Однако утром солнечно, туман гуляет, куда ни глянь – акварели. Нет, всё работает.
Мертвый штиль. Природа застыла в ожидании осени. Ни звука, ни движения листьев.
На часах 5.30. Очень тепло для раннего утра, t+15.
Отчалил в 9.00. Река тишайшая; перекаты и стремнины здесь редкость.
На одном из плесов, при впадении холодного ручья поймал таймешка на 3кг. Взял сразу, с первого заброса. «Съедобный» размер для одного едока, поэтому оставил его на готовку, продолжив охоту за крупным. Крупный для меня это любой свыше 10 кг. Облавливаю сливы перекатов, обратные течения в омутах, устья ручьев. В чистой воде хорошо видно уходящих от лодки небольших тайменей довольно часто, и в основном на плесах. Странно, что не берет. Много перспективных мест, но всё не осилить потому, что процесс занимает очень много времени, особенно если останавливаться для рыбалки с берега. В обед посмотрел навигатор — вижу, проплыл километров 10, а до стоянки еще около 30. Не понял, как так? Ведь по карте всего 25 было. Решил, что навигатор точнее и надо ускоряться.
Стало жарко, градусов 25, если не больше. После впадения слева ручья Озерного Саргаканда резко поменяла характер, начались шиверы и разбои. Река разлилась, раздробилась на части, стала теряться в гранитных полях.
Местами русло забито камнями, в протоках один за другим идут ступенчатые сбросы, при этом мелко на грани проходимости этого каяка, однако останавливаюсь и протаскиваюсь очень редко. На килевой лодке здесь было бы худо.
Интересная река, немного наоборот: пройденной горной части тиха, здесь же, на слабохолмистой территории, имеет приличный уклон и скорость. На многих поворотах и излучинах проглядывает далекий уже Ямбуй.
Дальше иду, упираюсь, хотя и так скорость высокая. Сложных препятствий нет, но река держит в напряжении: дробится на протоки, с шумом скачет по валунам. Тут важно внимание, чтобы не получить серьезных проблем по неосторожности, на скорости воткнувшись в гранитный «чемодан».
С определенного момента, чуть ниже выраженной речной «петли», разбои и шиверы пропали. Саргаканда собралась и понесла одним руслом, течение выровнялось. Предвидя возню с таймешонком, начал искать место под стоянку, но берег здесь сплошь в кустарнике, либо крупнокаменистом галечнике на косах. До запланированного устья Идюма сегодня не успеваю, время 17.00, нажимаю на весла.
Через полчаса хода увидел лосиху, вышедшую на берег, и притормозил для съемок, бросив грести. А тут и место хорошее для стоянки подвернулось, причалил. Лосиха удалилась, размахивая полуметровыми ушами, а я пошел к ближайшему береговому ивняку за плавником.
Вдруг резкий шум, гам, громкие крики, хлопанье по воде. Аж передернуло. Нервы на взводе и реакция на любые звуки мгновенная, хотя в целом спокоен. Оказалось, стая гусей, голов в 30, сидела в 20 метрах от места причаливания, затаившись. Всё кругом в их кучках, и я чуть не присоединился.
Довольно быстро разобрался с рыбой, получив на выходе несколько сковородок жарехи, миску малосолки и котелок ухи из голов, перьев, хвоста и т.п. Сковородку взял маленькую и легкую, с возможностью обжарить за раз 3-4 небольших куска максимум, поэтому приходится повозиться.
Дело ко сну – залез в палатку; решил посмотреть карту, уточнить, сколько осталось до впадения Идюма. По расчетам примерно 15 километров: по такой воде это полтора часа хода. Развернул – смотрю, что это?! Да я же его проплыл! Он был сразу за той «петлей», после чего пройдено очень прилично. Теперь обратно придется тащиться полдня. Глянул по навигатору – около 5 км; ну терпимо, часа за 2 одолею.
Спасибо лосихе, а то бы улетел до устья Десса, ведь мысли грести до победного имели место. На закаченной бесплатной карте Open Topo Map в приложении AlpineQuest именно эта река показана убедительно. Идюм же в этой версии вообще не просматривается, его долина прорисована в рельефе, без нитки русла. Обе реки текут с гор рядом, параллельно, поэтому перепутать было легко. На других типах карт верховья Идюма читаемы, но плохо проработаны или отсутствует рельеф, поэтому я ими пользовался мало. Подгружать же платные «генштабовские» не стал, посчитав, что достаточно того, что есть.
Оплошность вопиющая, но ничего, время есть, исправлюсь завтра.
Отбой в 21.30. Небо затянуло, тепло, t+12.
Прошел 30 км за 5 ЧХВ. Примерно столько же времени рыбачил.
25 августа (10-й день)
Проснулся в 4.00, темновато, подремал полчаса. Ночью поблизости гоготали гуси, громко и заполошно, похоже, кто-то их тревожил.
Вылез из палатки, и только встал в рост, как в 50 метрах из высоких кустов ивового тальника показался сохатый и побрел к реке.
Меня не слышит из-за шума собственных шагов и не видит, высматривая опасность вдали. Мощный рогач в расцвете сил. Когда он отвернулся, я успел одним движением поднять фотоаппарат, лежащий в тамбуре, и начать снимать. Затем окликнул, после чего он, неспешно развернувшись, размеренным и солидным бегом пересек Идюм, поднялся на крутояр, посмотрел в мою сторону и не торопясь скрылся в стланике.
Я же собрался; перед выходом дописал отложенный из-за вчерашней готовки дневник, подбрился немного, а то оброс.
Начинается новый этап путешествия — подъем против течения. Разойдусь телом, а то подзатёк вчера в лодке. Вообще скрюченность, это общая походная проблема, преследующая в палатке, у костра, в байдарке.
Вышел в 10.00 и сосредоточенно стал исправлять вчерашнюю ошибку. Поднимаюсь неплохо, быстрее, чем ожидал. Каяк отзывчивый, длина веревки в самый раз; только донные камни очень скользкие местами, из-за тины. Река хоть и широкая, позволяет переходить вброд по необходимости, что ускоряет процесс.
Так с одной косы на другую, длинными переходами, дошел до стрелки с Саргакандой за 2 часа. Скорость обнадеживающая.
Вчера, проплывая это место, принял впадение диктующей реки за протоку, коих было немало.
Далее пошел вверх по Идюму. Сразу видно его отличие от Саргаканды: меньше по дебету раза в 2, вода светлее, много завалов и песчаных кос, удобных для стоянки. Здесь тоже двигаюсь с попеременной сменой берегов, переходя речку и перестегивая карабин носового крепления веревки с борта на борт.
Не забываю себя обозначать, активно отстукиваясь, гаркая во всё горло за каждым новым поворотом.
Судя по карте, по правому (орографически) берегу должна быть старинная эвенкийская тропа, ведущая на противоположную сторону Станового хребта. Федосеев не раз проходил здесь с экспедициями в разное время года с различным составом и целями, но всегда передвигаясь в сопровождении каравана оленей.
Думаю об этом, бреду по Идюму, смотрю по сторонам и легко представляю как в прибрежных кустах, из-за поворота, возникают рога учага (ездового) с очертаниями сидящего верхом проводника, затем остальные навьюченные фигуры. Процессия спускается к галечной косе, появляются пешие участники, и среди них Григорий Анисимович в своей фирменной шляпе, серой рубахе, холщевых штанах и сапогах (у меня дед ходил по деревне ровно в такой же одежде в 80-х, поэтому представить не сложно). Мы сближаемся, здороваемся. Все удивлены встречей в этих безлюдных местах; улыбаются, кто-то закуривает, и после недолгого разговора, распрощавшись, уходят своей тропой. За удаляющимся караваном проносятся мимо собаки. И опять тишина, только плеск моих шагов и шум переката впереди…
К обеду набежали кучевые облака с молниями и грозой, но прошли рядом, чуть в стороне, и снова стало жарко.
Интересных мест для рыбалки очень мало, так как мелко; соответственно на счет хорошей рыбы перспективы слабые. Изредка попадаются некрупные ленки желтоватой расцветки, которых отпускаю. Теперь по тайменю вся надежда на Маю.
Выше пошли шиверы не слабее, чем на Саргаканде, но и тут можно идти водой, только с большей осторожностью и медленнее, особенно на струях. На мелях и перекатах каяк прощает ошибки: при посадке на камни он протягивается силой без ущерба для оболочки.
К концу рабочего дня почти не устал. Вывод: в данных благоприятных условиях, и особенно из-за низкого уровня воды, волок значительно легче пешего хода c рюкзаком.
По приходу на стоянку, поставил в воде каменную пирамидку – маячок на всякий случай, потому как неизвестно, какой силы был дождь в горах.
Сегодня пройдено 15 км, за 7 ЧХВ.
Отбой в 21.00, t+8.
26 августа (11-й день)
Проснулся ближе к утру, сходил к реке, посмотрел уровень — без изменений. Это хорошо: поднимись вода на полметра, и броды станут опасны.
Подъем в 4.30. Опять тепло, +13.
Пасмурно наглухо. Вокруг хмарь туманная, сырость. Похоже, закончились погожие деньки, длившиеся почти две недели.
Выдвинулся в 8.30. Сначала шел по мелкой гальке, ходко, но затем скорость упала, начались мощные шиверы.
Появились горы, окутанные туманом. До полудня прошел 8 км за 4 часа – хороший результат по такой сложной воде.
Второй день обед усилен жареной рыбой. В таком виде таймень особенно хорош: мясист и мягок, чем-то отдаленно напоминая дикую семгу.
Подошел к ямке за сливом, у небольшой скалы. Дай, думаю, побросаю, развлекусь немного. С первого заброса таймешонок на 3 кг. Отпустил. Затем подряд два ленка и два таймешка такого же размера, что и первый. Их видно в прозрачной воде: в основном плавают поглубже, ближе к струе, изредка выходя к берегу. Чуть выше еще яма, где сошел экземпляр побольше раза в два. Повторно брать он не стал, как я не старался, меняя блесны, типы проводки и т.п. Ходит красным поленом в пяти метрах, красуется. В общем, доставил положительных эмоций.
Неподалеку на одном из скальных обнажений выходы пластов угля. Его, похоже, богато по всей площади Алданского нагорья.
По руслу реки стали изредка появляться приличные массивы белого мрамора с бежево-розовыми прослойками. Лежат на берегу и в воде, как куски тающего льда по весне, освежая пейзаж. Я приготовился найти выше по течению саму мраморную жилу, но напрасно, глыбы как начались внезапно, так и закончились.
Из живности от устья Саргаканды видел только уток и пару гагар – слабовато здесь с этим.
На входе в горы русло спрямилось, кос стало меньше, течение усилилось. При этом в прибрежной зоне, где потише, на камнях очень много тины. Ноги скользят по крупногалечной мешанине, приходится снижать скорость, балансируя, как на льду.
Ближе к вечеру подошел к третьей яме, которая больше в размерах и поглубже, наверное, до 5 метров в максимуме, дна не видно. Решил пробросать её снизу вверх. Сначала ленок на 2кг схватил, потом еще один на мышь. Поставил ударную блесну Mepps Aglia Long Heavy №4. Делаю заброс под противоположный берег, и едва даю опуститься блесне, начиная проводку, как вижу проплывающего передо мной в пяти метрах тайменя с метр длинной. Только подумал перебросить поближе к нему, вдруг резкая хватка под тем берегом. Подсекаю и вижу, как в темной глубине ямы блеснули белые челюсти. Это попавшийся таймень стал мотать головой у дна, открыв рот, чтобы освободиться от тройника. Есть! Кое-как, в основном просто силой, вытащил его на косу. Черно-серое тело, хвост темно-бордовый, башка с мой сапог 48-го размера. Фото, видео. Быстро взвесил в заранее подготовленном для таких случаев чехле от каяка — 8,8 кг. Ну что, я таких рыбин еще не ловил (сомы не в счет), а поэтому — ура!!!
Как можно скорее поместил тайменя в воду, пополоскал, и когда он очухался – отпустил, немного ниже по течению. Вроде бы все, порыбачил, но захотелось того, метрового попытаться поймать. Закинул еще раз, дерг – и нет блесны, оторвалась без усилий. В чем дело? Оказалось, что верхнее кольцо спиннинга протерлось от забросов и размахрило плетенку до предела. Но ничего, починю; и с блеснами пока порядок, правда, все они разные.
Рыбу не взял совсем, ибо не нужна: послезавтра в пешку выходить.
За рыбалкой потерял много времени, в итоге послеобеденный ходовой результат всего 4 километра, а уже пора место для ночлега искать. На часах 17.00. Погода портится.
Вдобавок упал, поскользнувшись, ушиб колено, но терпимо, ничего страшного.
Хорошие места для стоянок отсутствуют и не предвидятся, поэтому затягивать с поиском не стал, и разместился на песчаном пятачке среди заросшего кустарником высокого острова, отсеченного от основного берега сухой протокой. На счет наводнения буду начеку.
Поставив палатку, вымостил песчаную поверхность в тамбуре плоскими голышами, всё лучше, чем травой и ветками.
Итого сегодня освоено 13 км за 7 ЧХВ.
Моросит, t+10. Всё сыреет понемногу.
Отбой в 21.00.
27 августа (12-й день)
Ночью дождь, иногда приличный. Встал в 4.30. Который день уже высыпаюсь: хватает семи часов, чтобы полностью восстановиться и взбодриться.
Прохладно, t+8.
Продолжает капать – надо поторапливаться, пока вода не поднялась. Приготовил на дровах, вытащенных из-под наносника. Позволил себе полуторную порцию геркулеса, за счет сэкономленного вчера на рыбе.
Собрался за 2.45 часа — рекорд, но можно было еще немного ускориться.
Начиная от стоянки подряд шиверы и стремнины, но иду более-менее быстро, на автомате. Мысли крутятся вокруг каяка, который радует по многим позициям, и главное – надежностью и безопасностью. Минусы есть, но они относятся в основном к гладкой, большой воде. Интересно будет продумать и осуществить тему киля, съемного или постоянного.
С волоком всё как вчера: коса-переход, коса-переход, пока к обеду не вышел на первые разбои. Река, и без того небольшая, распласталась на участке 0,4х1,2 км, измельчав в ручейки. Зимой здесь наледь.
Долина широкая, гор не видно из-за низкой облачности, и довольно ветрено, в отличие от лесистых участков предыдущих дней. Отвык уже от ветра, последний раз хорошо обдувало только на Ямбуе.
Не спеша и не разгружаясь, протащился по этому безводью; вошел в единое русло и стал подниматься дальше.
Иду, думаю, как бы высушиться. Влаги скопилось в вещах несколько литров; всё мокрое или отсыревшее. Без солнца этого возможно добиться только костром, соответственно нужно делать тех. дневку перед пешкой. Дождик капает понемногу, дрова сырые кругом, но возможно в завалах удастся найти топливо посуше.
За сегодня речка заметно уменьшилась в параметрах. К вечеру стало понятно, что к остановке на ночлег дойду до 2-й поляны разбоев и встану где-то там. Правда ветрено будет.
Ветер! Так это же хорошо: на нем и просушусь, ведь на хорошем ветру мы и при трёх градусах сушились. Сразу не сообразил, а решение то простое.
К 17.00 прибыл к началу деления реки на протоки и встал в начале поляны, почти по центру долины, на одном из островков. Место отличное. Даже если дождь усилится, то это широкое речное корыто будет заполняться очень медленно, успею среагировать. Тут он и припустил, едва успел палатку поставить. Готовил на горелке. Волок закончен без травм – за это тост.
За бортом льет и льет, ветер усилился. Выглянул наружу – вокруг всё плывет в облаке. Сушка в таких условиях под большим вопросом.
Сегодняшний результат 14 км за 8 ЧХВ.
Холодает, +6. Барабанная дробь по тенту палатки подчеркивает комфорт спальника, и отправляет в сон. На часах 20.00.
28 августа (13-й день)
Всю ночь льет, дует сильный порывистый ветер. Холодно, +4, подмерз. С вечера дно палатки сыроватое и как не старался спать на коврике, пару раз скатился вбок. За бортом хмурое утро, 5.30.
Вечерний маячок затопило, вода медленно поднимается. Поставил еще три, так, чтобы было удобно следить за ситуацией, не выходя из палатки.
Судя по плотности дождя и облачности, я здесь на пару дней минимум, и возможно с переездом.
К 9.00 температура упала до +2 – еще немного и снег повалит. Сказывается высотность: лагерь примерно на 950 м., вокруг горы под 2000. Плюс осень уже на носу.
Уровень реки растет, и стало понятно, что эвакуироваться точно придется, но когда? Под таким ливнем крайне нежелательно, буду ждать затишья.
А пока – блинчики! На топленом масле, на газовой горелке, в комфорте. В таких условиях газ сполна оправдывает трудозатраты на транспортировку и доставляет массу положительных эмоций, как в части готовки, так и отопления жилища.
Блинки получились бесподобные, в палатке +12, настроение соответствующее.
Срезал с вчерашнего ленка филе, сделал усолку, и с васаби! Первой лихой пробой продрало до слез, соплей и сбивки дыхания, с трудом отморгался и восстановил вдох-выдох. Замечательная приправа к сырой рыбе, взбадривающая ущербное постковидное обоняние, и главное экономичная по весу.
Полежал часок в спальнике и хорош, надо собираться.
Залез в герму – сырость! То ли вода вчера попала по недогляду, то ли это конденсат, что весьма удивительно, ведь на ночь она была закрыта наглухо. Странные дела. Кое-что подмокло, но не критично.
К обеду река разлилась, поплыл мусор, а это уже знак к активным действиям. Островок, где стою, обжался раза в два и скоро обнулится. Уровень поднялся примерно на метр, и до палатки осталось сантиметров 25, которые закроются в течение часа.
Упаковался быстро, но палатку разбирать не стал, решил сначала сплавать на берег, выбрать место. До него метров 150 с пересечением двух вздувшихся проток, что не есть проблема.
Дождь тем временем немного подстих, слабо заморосил.
Перебрался быстро. Береговая линия удручает состоянием: всё вдрызг мокрое, течет и сочится, вдобавок повсеместно выраженный уклон, кусты и камни.
Долго ходил, но нашел-таки ягельный пятачок – и обратно, надо поторапливаться.
По прибытию выяснилось, что скорость подъема воды уменьшилась, и, учитывая ширину реки в этом месте, скорее всего, наводнение вот-вот прекратится.
В 18.00, не дойдя до палатки 15 см, уровень реки стал падать. Суперновость.
Зарядил все нуждающиеся приборы. Похоже, объемов хватит на весь поход, можно даже позволить себе больше снимать видео.
Достаточно будет, судя по всему, и мази для рук Диадерм, которую мажу на ночь, в результате чего пальцы не трескаются, несмотря на постоянную влажность.
Отбой в 19.30. Отсыпаюсь.
29 августа (14-й день)
В 24.00 проснулся, высунулся – вода медленно уходит. Дождя нет, морось, туман. Я в облаках. Во мне думки:
1) Бесполезно ждать погоду еще день, чтобы высушиться; надо паковать всё как есть и идти мокрым. При этом, учитывая качество упаковки вещей внутри гермы, сухими останутся спальники и минимум одежды на одно переодевание. Часть продуктов будут под угрозой намокания.
2) Провялить нуждающееся в этом снаряжение (каяк, вейдерсы, палатку и т.д), на что можно потратить день-два, которые есть в запасе. В то же время здесь есть минус в виде перехода через протоки на коренной берег, в результате чего часть вещей опять будет сырой. Плюсом же является сохранность сухости в герме и значительное уменьшение веса.
Маюсь с решением.
В палатке +4, снаружи +1. Второй спальник распаковывать не стал и переключился на сон.
Проснулся в 4.00, и пролежал до 4.30, додумывая планы на день. В результате появился вариант перейти протоки в вейдерсах и двигаться в них, пока не дойдут до полусухого состояния, затем переодеться.
Вылез наружу, огляделся. В долине пасмурно, солнце сегодня маловероятно, но есть ветерок, и он уже просушил камни. Раскидал сырые вещи, а каяк выставил навстречу ветру для лучшего обдува.
Тут подлетела большая белая чайка и беззвучно закружила надо мной. Это белое существо посреди серого пространства выглядит ярко и жизнеутверждающе. Про себя, говорю ей: “Привет, привет, красавица! Да, знаю, всё получится! Дойду до моря!”
Покружила и улетела на дальний край разбоев. Откуда она здесь, в горах? И куда летит в одиночку?
Как бы то ни было, это хороший знак, надо выдвигаться. Пока собирался, осушаемое добро немного просохло, полегчало. Например, лодка теперь весит 5,8 кг, при норме 4,8, то есть удалось избавиться от килограмма влаги, тогда как в полностью сыром виде её вес был 7кг. Думаю, невыпаренной воды во всем полусыром снаряжении осталось литра 2-3, что приемлемо по весу и главное более-менее безопасно для других вещей при совместной транспортировке. Общая масса переносимого перед второй пешкой составила 38 кг.
Вышел в 11.00. Без проблем перебродил немного присмиревшие протоки в вейдерсах, прошел в них 3 км, затем сменил на обычный ходовой комплект.
Иду по блестящему после дождя голубичному морю. Вдруг олени справа, 3 штуки, некрупные. Увидели меня, постояли и побежали неспешно дальше, обходя опасность руслом протоки. При этом они не могли не слышать звона и криков, но видимо очень надо вперед, к намеченной и известной только им, цели.
Замечаю, что, двигаясь без явного напряжения, постоянно сканирую глазами пространство на предмет движения, и резко реагирую на любые звуки – мозг всё же насторожен, чувства обострены.
Звериная тропа здесь, в самых верховьях Идюма, это таежный хайвэй. Она тысячелетняя, что и понятно, ведь ведет этот путь на один из самых удобных и простых перевалов через Становой. Местами её ширина достигает полутора метров, поверхность пробита и протерта копытами и лапами дикой животины, а возможно и динозавров, до отполированности камней и корневищ. Но всё же эта «дорога» уступает сверхутоптанности некоторых популярных туристских троп, типа алтайских.
В районе поворота в долину речки Эге-Соллок-Макит попал в район обширных ягельных полян. Всё белым-бело. И так захотелось постоять денек в красоте, а не в чаще, что остановился, несмотря на отсутствие ручьев поблизости.
Решил, что пройду эти пешие 36 км не торопясь, не за три, а за четыре дня, успев напитаться горами и, возможно, сходить в небольшую обзорную радиалку на перевале. Однозначно понятно: сверху будет что посмотреть, чем восхититься. Плюс надо бы досушиться пока позволяет погода, предлагая для этого в помощь солнце и ветерок.
Воду набрал в подкаменном роднике, как из колодца начерпав котелок кружкой.
Поел, посюлюкал (чай попил, эвенкск.)
В итоге вещи досохли к вечеру до нормы, t+10. Гнус пропал.
Прошел 5 км за 2 ЧХВ. Отбой в 20.00.
30 августа (15-й день)
Сон глубокий, как под наркозом. Утром стопроцентное восстановление, в частности из-за мягкости ягельного матраса. Снаружи +1, туман. В двойном спальнике сухой жар, как на печи, аж разделся. На часах 5.00.
Перед тем как взвалить герму на плечи, сфотографировал гору, где Федосеев добыл горного барана, охота на которого описана в «Тропою испытаний» и происходила весной. Запомнилась фраза из «Смерть меня подождет», которая звучала так: «За лесом неожиданно обнаруживается ёрниковая степушка. Что-то знакомое в контуре отрога, нависающего над ущельем с запада. Я внимательно осматриваю место. Узнаю: тут мы были в прошлом году в середине апреля. Степушку тогда покрывала наледь и кругом лежал снег. А вот на том, чуть заметном гребне, справа, мы с Василием Николаевичем добыли круторога. Узнаю и ельник слева – под ним прячется звериная тропа, по которой можно подняться на перевал».
Всё так: степушка — это небольшие разбои Идюма, небольшой ельник тоже виден левее, а также гребень вдалеке, восточнее. Мне теперь налево, в долину Эге-Соллок-Макита, ведущую на перевал.
Вышел поздновато, в 8.30, первые километры двигаясь в исчезающих клочьях тумана, летящих на фоне синего неба. Будет жарко.
Покуда свежий, герма кажется легкой и удобной, но не стоит обольщаться: она еще даст огня сегодня, особенно на подъеме.
Пока же идется относительно хорошо, по слабо поросшему голубикой и кустарником лиственничному лесу с приемлемым к преодолению стлаником, растущим широкими полосами. Если не брать эти заросли, то просматриваемость леса хорошая, метров 200, но стараюсь не расслабляться: стучу, хрущу, покрикиваю.
Сегодня тропа часто бьется на мелкие нитки, сходится, местами исчезает в мочажинах. Приходится искать её, на ходу соображая и пытаясь понять логику движения зверья, не забывая при этом смотреть под ноги. Такой ритм утомляет, тем более что на склоне она вертится то вверх, то вниз. Поэтому, при всем уважении к лесным дорожникам, меняю тактику: иду прямо в нужном направлении, и тропа сама подстраивается, ненавязчиво появляясь сбоку.
К полудню начал присматривать место, где бы расположиться покушать. Медведь!
Бежит в ста метрах поперек моего направления вверх по склону, высокими скачками, немного приближаясь при этом. Сам светло-бурый, с хорошо читаемой манишкой, не особо крупный. Я застучал и закричал в пол силы. Он приостановился, посмотрел на меня и уверенно пошел навстречу. Тут уже пришлось включить максимально возможное. Пройдя метров 10, медведь остановился и начал сдавать назад: всё дальше и дальше, постепенно увеличивая скорость. Так и удалился с подскоками, лавируя между деревьев и поглядывая в мою сторону. Не особо они здесь пугливые. По крайней мере, этот товарищ убежал неохотно, паническим бегством здесь и не пахло.
Посмотрел на кружку, оказалось, дно вбил торцом ножа, который тоже немного пострадал от усердия. Еще минут пять покричал и стучал посильнее, чтобы ушел наверняка – не маленький такой, этот миша. В итоге пришел к выводу носить в кармане небольшой камень для стука: ими тоже неплохо получается добывать высокий звук.
Место открытое, решил здесь и пообедать, чтобы дать ему отойти подальше, да и самому успокоиться надо бы.
Дальше стал обозначать себя почаще, ведь странно, что он не ушел загодя.
Спустя некоторое время дошел до красивой поляны-мари, через которую виден просвет между горами, как будто они разъехались. Присмотрелся: да, это и есть перевал. Верховья реки подходят к нему с минимальным набором высоты, тогда как с той стороны крутой спуск. Рядом конусообразная гора – неплохо было бы сходить на нее, осмотреться.
Остановился на ночевку посреди леса, на ягельном пятачке, устал однако. Утренняя свежесть и бодрость испарились, как и предвиделось, да и серьезно напрягаться сегодня нет нужды, отсюда и решение.
Небо весь день без единого облачка, жарковато, +20. Мокрец с мошкой соперничают за разгоряченную двуногую еду, но не особо активно и в мыслимых количествах. Комара почти нет.
Итого 10 км за 6 ЧХВ.
Сегодня экватор похода, в честь чего праздничный чай с конфетой. Чай, кстати, грею в эмалированной кружке, это оказалось удобно в холода.
Температура после захода солнца резко упала.
Посидел до 21.00, вдвоем с костерком, до первого метеорита.
Когда укладывался, было -1.
31 августа (16-й день)
В одном спальнике пробыл с час, и скорее добавил второй. И даже в двойном варианте без теплого термобелья мерзли плечи. И нос.
Встал в 4.30. Всё в инее, t -7. Голубика как из морозилки, хрустящая. В теле супербодрость.
Красота вокруг, на каждом листе и кусте. Тишина-а-а-а. Кашлянешь «Кхе, кхе!», – и лес оживает бормотанием зрителей: «Он сказал кхе! Кхе! Кхе! Кхе!»
Солнце быстро взошло и так же активно начало пригревать. Иней поплыл. Небо синь.
На гору, надо срочно идти на гору.
Поторапливая себя, собрал герму, оделся в путь и стал обходить полянку на тему потеряшек.
Рыскал глазами вблизи и подальше, пока взгляд не натолкнулся на круглую темно-бурую морду с маленькими немигающими черными глазами.
Медведь!!!
Стоит и смотрит на меня из-за куста, метрах в 25-30, чуть опустив вниз голову, уши торчком. Впечатление такое, будто шел и уперся в стоянку.
До гермы, на которой висит кружка пять метров влево. Вынув фаер из поясника, я подошел к ней и отсоединил кружку, стараясь не делать резких движений, при этом не спуская глаз с медведя. Несколько мгновений сомневался, стоит ли стучать, и не ухудшит ли стук на таком расстоянии ситуацию, испугав его. Но решил – надо, и забарабанил по кружке, постепенно увеличивая звук.
Он, не сдавая назад, пошел в сторону, в обход. Почти черный самец. Большой. Наибольший, из того, что приходилось видеть. Метров 30 прошел, встал, смотрит. Потом немного отошел полубоком, и опять смотрит.
Поскольку к этому моменту выдавать более высокие ноты, по восходящей, уже не удавалось, я начал пробовать исторгать их очередями или отдельно, в общем, экспериментировать: лая собакой, ревя трактором, заливаясь сиреной, улюлюкая индейцем и тп. Он – ноль эмоций. Постоял и пошел дальше в обход, но теперь постепенно приближаясь. Шагает уверенно, деловито: тянет воздух, подняв голову, ищет запах своим подвижным, как у борова пятаком. Чувствуется, что у него есть планы, но не ясно насколько серьезные. Неведомо, также, голоден он, или сыт. В то же время очевидно, что идет на сближение не из спортивного интереса.
У меня же появились тревожные чувства: некоторая потеря уверенности, непонимание, что делать дальше, а также ощущение, что от меня уже ничего не зависит. Видимо это сказалось на качестве отпугивающих трелей, в них стала подмешиваться нервозность, и того хуже — нотки страха. А зверь это чувствует.
Расстояние сократилось метров до 20, которые михаил такого размера способен преодолеть в три прыжка, тогда как из действенных аргументов остался только фаер. Мелькнула мысль: «Всё, похоже, сейчас пойдет». И это так адреналина подбавило, что выдал адское соло из злобного крика с жестким матом и долбежкой об кружку камнем со всего размаху. Будь в руках ружье в этот момент, я бы выстрелил без сомнений, прямо в удобно подставленную под пулю лопатку.
Тут он вроде как поймал запах и немного отошел; развернулся, опять смотрит, немного раскачивая головой вправо-влево, то поднимая ее, то опуская, как бы рисуя восьмерку в воздухе. Еще немного сместился, метров на 20, нехотя и оглядываясь.
Пришла идея: надеть куртку красную, а то я серый как олень. Кстати, за полчаса до происходящего, сокжой-одиночка прошел мимо стоянки, вдалеке между деревьев. Большой бык, рога облезли и костные уже, красновато-бурые. От стука и он не побежал, а пошел, еще постояв перед этим. Здесь, похоже, звон их не особо впечатляет, ужаса в действиях не наблюдается.
Сумку открываю, а руки трясутся. Кое-как нашел куртку, больше на ощупь, не спуская глаз с медведя. Он ходит невдалеке туда-суда, что-то соображает. Всё никак не может интерес потерять: оборачивается, посматривает, как бы с посылом: «Может, всё-таки, поплотнее пообщаемся? А?»
Так. Костер нужен. Быстро наломал веток, поджог, и сразу же отлегло. Тем временем медведь отошел еще дальше, его стало плохо видно; только спина и голова изредка мелькают среди деревьев.
Сижу, подкидываю сушняк в огонь, вдруг мыслишка: хорошо бы всё-таки на гору сходить, виды там наверняка чумовые. Разум заблокировал ее сразу: надо уходить отсюда, не до жиру. В то же время не стоит слишком торопиться, пусть нанюхается дыма, который должен помочь ему определиться с правильными намерениями.
Развел посильнее костер, решил успокоиться: кашку моментальную заварить, чай попить с конфетой. С огнем поспокойней, как будто не один.
По количеству участников мероприятия сомнений нет, а их, собственно, и не было: шли бы вдвоем, миша бы так не борзел. «Без друзей меня чуть-чуть…» – да уж, хи-хи.
Низко над кустами беззвучно пролетел какой-то кулик, пестрой, слегка фиолетовой масти. Я таких раньше не видел, да и обычно они лесом не летают, кроме вальдшнепов. «Опять добрый знак подают. Дойду до моря», – чувствую, что это понимание уже прижилось в голове. Видимо, находясь в зоне печальных историй из прошлого, произошедших здесь, на территории эвенкийских сказок и легенд, подсознание с самого старта ищет хорошие приметы. Они и являются.
Прошло два часа, пора собираться, не сидеть же здесь неделю. Утреннего гостя уже час как не видно, при этом не понятно в какую сторону он подался. Не исключено, что, не решившись на лобовую атаку, решил действовать похитрее.
На всякий случай написал Тимуру смску о проблеме, чтобы хоть бы у него было понимание, где, что и как происходило. Ему, потому что знает тему и имел опыт встреч с медведями, всем же сообщать не стал, побоявшись возможной паники. Еще убрал дневник в контейнер, чтобы шансы сохранить записи были выше, в случае чего.
Залил костер, упаковался, надел красную куртку-мембрану, хотя знаю, будет очень жарко, но цвет, нужен цвет, ведь по поводу медвежьего дальтонизма нет четкого понимания. А еще больше важен объем.
Пошел.
«Если медведь по-настоящему решил вас сесть, то он вас съест», – так считают специалисты в этой области. С этой вводной выходить на тропу, где бродит неправильный хищник, мягко говоря, стремно.
Несу в левой руке фаер с намотанной на палец чекой, запалить его можно за секунду. Захочет – съест, это да, вполне возможно, но перед этим я подпалю ему тушку. Также греет понимание, что медведи, как правило, нападают сзади, прокусывая затылок, а у меня он надежно прикрыт гермой, которую еще содрать надо.
Сначала орал и стучал без пауз, потом перешел на режим трезвона через каждые 20 метров, иначе сбивается дыхание. Параллельно беглым взглядом осматриваю подозрительные бугры, коряги, понижения рельефа. Жарко, обливаюсь потом, как в химзащите, хотя и в гортексе в 20000-ом.
Активно кручу головой по сторонам, стараясь максимально использовать периферическое зрение: атаку можно ждать в любой момент и хоть откуда. Благо место здесь более-менее открытое, а выворотни и стланик стараюсь обходить стороной.
Еще перед выходом отключил воображение, чтобы всякие визуализации нападения или настигающие звуки не нагоняли жути и не подавляли способность передвигаться. По ходу придумал несколько «спецназовских» кричалок, которые на удивление существенно стали поднимать боевой дух.
Так, передвижным оркестром, и прошел оставшиеся 2 километра до перевала.
Перед ним, не удержался, сбегал метров 300 вверх, отфотографировав и засняв пройденный путь, плюс окружающие виды этой части Станового хребта в том объеме и ракурсе, которые позволила набранная высота.
Работая ложкой, размышлял о том, что пора заканчивать с медвежьей темой: наелся до тошноты – достаточно. Надо к реке пробираться, в относительную безопасность. Да поскорее.
В итоге дошел к 17.00 до стоянки, разместившись на шикарном взгорке посреди гиблых марей.
В результате дня 12 км за 5 ЧХВ.
Тяпнул ко сну. Тост простой: «За жизнь.»
Пролетел самолёт. Что-то типа Ан-24, и похоже из якутско-магаданских краев на Хабаровск.
Погода весь день шикарная, t+20-25. Небо чистое.
Отбой в 21.00.
Календарное лето кончилось. Увы.
01 сентября (17-й день)
Ночь звездная, но тепло, +6. Часа в 3.00 послышались далекие раскаты грома, засверкали молнии. Закапал дождь – похоже, сегодня сырой переход. Ну вот, каждый день сюрпризы – не соскучишься.
Встал в 4.30. С трудом справился с готовкой на костре под плотным дождем. Увидел первые следы пребывания человека: срубленные наискось, одним махом, тонкие листвянки. Пеньки почти сгнили – значит, давно здесь люди стояли. Место это находится в 10-ти километрах от Аюмкана, притока Маи, и когда-то было посещаемо оленеводами-эвенками или людьми таежных профессий.
Немного распогодилось: облака высокие, кучевые, бегут быстро, подсвеченные солнцем. Свежесть, ароматы осени.
В теле повышенная костлявость, но силы есть и бодрость наблюдается.
Собрался в 8.00 – и вперед, последний рывок остался. Герма теперь весит 34 кг, кажется легкой и удобной. Иду по мари, покрытой плотной щетиной из мертвой поросли лиственницы. Тонкие как бамбук они очень прочны и зацеписты своими острыми сучками. Более или менее державшиеся до этих мест флиска и штаны стали резко сдавать, треща и отрываясь лоскутами. При этом стараюсь идти аккуратно, берегу глаза.
Болотистое пространство здесь особо водянистое: много мелких озер, ручьев, полно клюквы. Тропа разбежалась на части и растворилась в траве. Передвигаться сложно, но на свежих порах, и главное, в стремлении достичь поскорее берег реки, прошел за час километра 3. Осталось 7.
В районе правобережной горы тропа собралась и вывела к небольшой речке.
Здесь она с шумно несется по камням, особо ускоряясь под мой берег и как бы намекая: «Подбросить?» – «Э-э-э», – задумываюсь, – «Да не жмись мужик, садись, прокачу за так», – «Окей, поехали!»
Устал я орать и озираться.
Это Эге-Соллок, приток Аюмкана, до которого отсюда километров 10 с учетом кривунов. Здесь он напитался ручьями Клаканом и Наледным, подсобрался до ширины 5-10 метров и выглядит приемлемым для моего Эридана.
Надулся, перепаковался, поел, и отчалил. Уклон большой, мощные сливы, местами серьезно окатывает. Много шлагбаумов из лесин, завалов, но успеваю среагировать, зачалиться с последующим обносом.
Изначально вышел в ботинках думая, что скорее всего водный переход будет коротким и придется опять идти пешком, но быстро замерз и переоделся.
В общем, после монотонного шлёпания по мари начался сверхскоростной сплав по типу американских горок. Несет лихо, прижимы, расчески, вдобавок такой восторг обуял, то ли от самой этой бронзово-золотой реки, то ли от скорости, что просто распирает.
Интересно бы узнать, какого цвета рыба в такой воде. Попробовал покидать в нескольких местах — не берёт.
Дальше речка еще набрала; пару раз прижало, оцарапал руку. Но теперь понятно однозначно – пешке конец. Аллилуйя.
Вскоре влетел в Аюмкан. Фото, видео, танцы на косе.
Аюмкан это, собственно, и есть Мая, по крайней мере, так эту реку называют эвенки; это же озвучено в повестях Федосеева. Здесь он добротный, метров 30-40 шириной. Решил сместиться километр до впадения Салакита, там, судя по спутнику, расположена большая коса, удобная для стоянки. Место оказалось класснейшее: просторное, с видом на далекие хребты Джугдыра и Станового.
Итак, праздник.
Сначала искупался – вода ледяная, больше минуты сложновато барахтаться. Хожу голый, мошки уже нет, а людей и в помине. Привел в порядок лицо, подбрился. Далее грибной суп, лепёшки, 100 грамм, и это всё под солнышко и чистейшее синее небо, +25.
Сообщением поздравил учащихся и учащих с 1 сентября и началом осени. Здесь довольно желто: березы и осины сдаются холодам, местами масштабно, большими группами, взводами и ротами.
До вечера отремонтировал изодранную одежду, починил кончик спиннинга. По рыбе уже успел соскучиться. Мерещится всякая: жаренная, в ухе, копченая и даже вяленая.
В общем, дела, суета, мечты-видения, скучать некогда, соответственно тосковать от одиночества не приходится.
Перед сном полежал у костра на бревне в метровый обхват, как на лежаке, посмотрел с часок безотрывно на звезды — шикарно: блестят как у снежной королевы во лбу. Летят монотонно спутники, метеориты чиркают, и ти-ши-на…
Итог на сегодня: 3 км пешком + 11 сплавом за 4 ЧХВ.
У реки t+9, но холодно из-за ветерка и конденсата в воздухе, а в палатке нормально.
Сон в 21.30.
02 сентября (18-й день)
Ночью в палатке +2. Подмерз немного, пришлось добавить второй спальник. Встал в 5.00. Густейший туман; всё в росе, как после дождя.
Долго возился с тех. моментами: типа надставки поплавка на весло, НЗ набора, вязок и т.п. В результате вышел в 9.30, к этому времени солнце только начало справляться с туманом.
Уселся в лодку, оттолкнулся от берега и полетел, как на санках с горки. На воде по-осеннему прохладно.
Гребу не торопясь, кидаю спиннинг. Берега поблескивают желтым, вода как слабый кофе, или крепкий чай, темная. Возможно, поэтому не клюет – нет прозрачности.
Покой и умиротворение в природе передается какой-то внутренней расслабленностью организма и эйфорией.
Местами над рекой кружат ястребы светлой бело-коричневой расцветки. Это скопы, редкие и краснокнижные в Башкирии, а здесь, похоже, распространенные. Скопа – птица рыбак, значит, есть рыба и в этой воде. Так и вышло. Сначала на плесе взял ленок на кило, действительно, светло-бронзового цвета, а чуть ниже, под скалой еще один, но темно-коричневый с яркими темными пятнами – горошинами.
Хороший, потянул на 2,9 кг. На этом рыбный вопрос и закрылся.
По берегам часто встречаются участки, почти сплошь поросшие шиповником. Набрал контарку, заодно и брусники поел, она уже дошла, темно-бордовая, сладкая после морозов, впрочем, как и шиповниковые плоды.
Перед впадением Кунь-Манье некрупный медведь гулял по косе. Подплыл к нему метров до 100, покричал, он увидел, остановился, стал нюхать воздух. Тогда я заорал, как на тех, непрошибаемых, после чего этот моментально сорвался с пробуксовкой и колыхаясь ускакал в лес.
Ну вот – это правильный миша.
Всё-таки приближаться к ним по воде, на лодке, это примерно, как наблюдать в зоопарке, из-за решетки, тогда как встречу на тропе можно сравнить с выходом на арену цирка во время медвежьего представления, и в отсутствие дрессировщика. Разница в ощущениях колоссальная.
Вот и Кунь-Манье появилось слева. Место легендарное, узловая точка в этом районе Станового, соответственно являвшаяся местом старта и завершения многих экспедиций, в период освоения хребта. Фигурирует оно и в нескольких произведениях Федосеева, не раз они стояли с Улукитканом в этом лиственно-еловом леске, граничащим с обширной галечной косой на стрелке рек.
На ней и разместился. До вечера разобрался с рыбой, постирался. Заварил шиповник в термос.
В сумерках покидал мыша, попался ленок на 1 кг и что-то крупнее сорвалось, были и еще выходы. Интересное занятие, азартное, и, в плане крупного тайменя, очень перспективное.
Небо опять звездное, на этой стоянке весь небосвод открыт из-за большой ширины речных долин.
Итого 21 км, за 4 ЧХВ, t+8.
Рыбы наелся, мягко говоря.
Отбой в 21.30.
03 сентября (19-й день)
Встал в 5.00, t+1. Сегодня туман слабенький.
Попил густого шиповникового отвара — супер, ароматно и сладко, сахар не нужен.
Его не хватает немного, поэтому при утреннем употреблении молочных каш, половину порции ем несладкую, а оставшееся сахарю. В принципе кашки с топленым маслом и сухими сливками и так неплохо. По продуктам и зарядке пока всё ок.
Холодно – около нуля, тем не менее выпадает конденсат.
Где-то высоко послышался клекот-карканье воронов. Присмотрелся, оказалось это пара журавлей очень темного окраса медленно летят в сторону юга. Голова и шея светло-серые, тело практически черное. Похоже, это черный журавль, крайне редкий вид из Международной Красной книги, и, если так, то можно сказать повезло. Голос удивил: какой-то особенный, нехарактерный – мало похожий на обычное журавлиное курлыканье.
Вышел в 8.30, и сразу в Маю.
Я знал, что в устье этой речки находится база одного товарища из Белогорска с достатком намного выше среднего, Солонович упоминал о ней. Говорил, что её посменно охраняют сторожа и, если будет Сергей – его знакомый по прежнему сплаву, то просил передать привет.
Сплавляясь по течению, подплыл поближе к собачке, она приветственно потявкала и убежала вдоль берега в сторону избушек, которых отсюда не видно. Дай думаю, схожу, поговорю с человеком. Вдруг поодаль движение: вижу кто-то возится метрах в 50-ти, ага, человек, но через деревья видно плохо и только верхнюю часть туловища. Судя по характерным движениям, разделывает добычу какую-то. После оклика завертел головой, не понимая, кто здесь. Я помахал, он увидел и подошел неспешно. На лице недоумение и некоторая растерянность, а в руке нож окровавленный – вид такой серьезный, что я и сам чуть не растерялся. Мужик улыбнулся, а во рту по два зуба в каждом ряду.
Привет-привет. Оказалось, медведя в петлю поймал. Тот замучил: лазает рядом с хозяйством, собак гоняет, вредительствует: недавно лодку подрал. Вот сторож на тухляк, у тропы и взял его. Представился Лехой. Вежливый такой – на вы; пообщались немного.
Спросив разрешения, я подошел к добыче, посмотреть. Мишка килограмм 150 наполовину ободран уже, сала почти нет, рой мух уже вьется над тушей, хотя и взят был недавно, поутру. Воняет противно несмотря на то, что свежий.
На вопрос о том, как готовить будет мяско, Леха ответил, что не ест их, собакам скормит.
Еще немного поговорив, распрощались: разделка не терпит промедления, да и видно, что он при разговоре не в своей тарелке чуток – одичал похоже.
Усаживаясь в лодку, не мог отделаться от удивления: ведь надо же так случиться, что я подъехал точно к тому месту, где михась попался, и почти в момент поимки. Медвежья тема настойчиво тянется через весь поход красной линией: и с живыми пообщался в разных форматах, и даже на дохлого посмотрел.
Дальше плыву, рыбачу – пусто. Усердствую. Теряю уйму времени, благо оно пока есть.
Неожиданно много плесов, приходится налегать на весла, скорость невысока. Хорошо хоть ветра нет.
Леха на прощание сказал: «Далеко до Чумикана, километров 300, дня за три дойдете», – затем сочувственно посмотрел на каяк, и добавил: «Лодка то неважная; дальше несколько мест будут опасных».
Ну, за трое суток это круто и вряд ли; если только без сна грябать, у меня же в запасе 10 дней на оставшиеся 440 км. А будут сверхпроблемные участки – обнесу.
В итоге прошел за день 40 км за 6 ЧХВ. Рыбы ноль, хотя потрачено на её поимку часа 3 чистыми.
На ужин рис басмати, жареха и усолка с васаби, и всё в приличных объемах.
Разместился в отличном месте для мышкования, но поймал всего лишь двух ленков под 2 кг каждый. Где таймень???
Вечером тепло, +12. Сон в 21.30
04 сентября (20-й день)
Встал в 4.30, t+9. Плотный туман. Солнцем такой не пробить, его можно только сдуть хорошим ветром. В него и нырнул на каяке, в рабочем ритме собравшись к 8.00.
Краски осени всё ярче. По берегам появились багровые цвета какого-то кустарника, летит паутина. Как только туман окончательно сдался, на высокой листвянке запела птичка на манер малиновки: переливисто и звонко. Что за птица и почему так поздно поет? Видимо, что затянувшееся бабье лето сбило её с толку.
Часто встречаются мощные завалы, указывающие на соответствующие по силе наводнения. В половодье месиво тут творится жесточайшее.
Рыбачу: меняю приманки, способы проводки, но безуспешно, таймень не соблазняется.
Вдруг из-за поворота появился силуэт скалы, стоящей кеглей посреди реки. «Совиная голова» или «Сова» – во всех смыслах культовое место для эвенков, до появления современных карт долгое время, служившее геодезистам и путешественникам ориентиром на маршрутах. Удивительный памятник природы, поражающий стойкостью локального участка породы перед мощью речного потока.
Немного ниже впал Большой Чайдах грязным потоком бурого цвета.
В верховьях его стоят золотари со всеми «вытекающими» последствиями – здесь и комментировать нечего.
Мая резко помутнела, хотя принятый поток составил, навскидку, не более 10-15% от общего объема.
Стало ясно: рыбалке каюк, вопрос лишь, как надолго, насколько быстро река справится с этой проблемой. Мои прикидки и надежды по скорости её очистки на плесах за 50 километров начали рушиться после хода по мути на протяжении трети из них. Вода насыщена мелкой взвесью чуть ли не на молекулярном уровне, и так быстро прозрачность не вернется: для этого необходимо километров сто или более.
Ну ничего, на еду нарыбачу в устьях притоков, а крупный таймень, надеюсь, еще будет в низовьях. Из этих мест то он наверняка ушел от грязи подальше: не дышится в ней, да и пропитаться проблематично.
Вода потеряла красоту, но реку выручает непрерывная череда скал разных цветов и оттенков. Есть белые известковые; встречаются типа хаки с прожилками, напоминающие кусковую халву: серные желтые, серо-зеленые гранитные. Над ними суровые гольцовые горы в марях, сухостое и аянской ели по северным склонам, добавляющие масштабности и величия. По берегам, выбеленные временем, ощетинившиеся завалы, торфяные обнажения, ягельные поля. Всё это вместе дает выраженный сибирско-дальневосточный колорит, весьма впечатляющий и эмоционально нагружающий. Плюс осенние мотивы. В голове постоянно вертится и мелькает: «Ой-е-ей, здорово, здорово», «Ууу, а это вообще — класс»; да «Ух ты», да «Эх ты», да «Не может быть».
После одного из поворотов вдалеке замаячила гора с «рисунком» на склоне.
Стало быть, подхожу к речке Большой Курумкан по ЛБ, с расположенным в её верховьях то ли к платиновому, то ли никелевому, то ли и то и другое вместе, руднику. Четко виден серпантин, а внизу долины; судя по спутнику, живая и довольно развитая база, до которой 10 километров пешего хода.
Дошел до устья, где присутствуют различные следы пребывания людей, но все старые. Похоже, рыбачить на Маю горняки ездят очень редко. Для спасения в случае ЧП это хороший вариант, и, возможно, кого-то выручит; у меня же порядок, поэтому иду дальше.
В устье Атаги (она чистая) сошел хороший ленок, да так расстроился, будто крупного тайменя упустил. Это, видимо, психологические последствия от загрязнения реки – дана внутренняя команда «нужна рыба», хотя еще несколько дней назад её было в достатке.
Далее начались шиверы-пороги, течение значительно усилилось. Пару раз, здорово обдало, но в целом терпимо, думал с такой скоростью сегодня буду на Эдягу-Чайдахе, но нет, навигатор сообщил, что я плохо сориентировался в начавшей сильно петлять реке, и ошибся в позиционировании.
Встал на стоянку в 17.00, одолев 52 км за 7 ЧХВ.
Мая здесь, спустя 40 км после попадания мути, стала чуть почище.
Днем стояла жара под 30, наверное, вечером +15. Возможно от нее, а скорее по общему итогу похода на данный момент, уморился. Хотя, казалось бы, чего там – гребешь себе, не тащишь на горбу. Мотает, особенно когда резко встаешь, да и спина затекла капитально, надо останавливаться на разминку хотя бы через два часа, не реже. Впечатляет обтянутость и острота верхних участков тазовой кости, на которые иногда натыкаюсь при массаже поясницы. Общая костистость не проходит, скорее, усиливается, но до чукотского состояния еще далеко, а главное – нет той подавляющей слабости.
Сон в 20.30.
05 сентября (21-й день)
Проснулся в 4.00. Темно. Полежал до 4.30. Тумана почти нет, но есть роса, значит будет солнечно, как минимум. Пока готовил, прикинул объем продуктов, не хватает дня на 2. Нужна рыба.
Ночью было тепло, +6. Воздух влажный, аэрированный, густой и вкусный, хоть ложкой ешь. Поутру особо переполняет чувство благодати; эдакое внутреннее состояние равновесия в сочетании с ощущением слияния с внешним окружением.
Сегодня получились наибыстрейшие сборы на маршруте. Встал на воду в 7.00.
Сразу ввалился в мощные шиверы. Прохожу хорошо, резко скатываясь по валам и сливам в режиме родео на быке. Тут главное на камень не напороться, а волну и бочки каяк «съедает» безопасно.
Дошел до впадения Эдягу-Чайдаха, на которых возлагаю большие надежды по рыбе. В итоге, как не старался, перепробовав половину снастей – молчание. Река впадает несколькими протоками с чистейшей водой, образующей в месте смешения с мутной водой Маи омутки и сбойки. Будь я рыбой, мимо этих мест вряд ли проплыл, они идеальные в смысле засады и кормежки.
Далее много красот и несколько семеек уток, вернее малосемеек в виде родителей с одним-двумя птенцами. Всё-таки их кто-то терроризирует в этой полумути и, собственно, понятно кто именно.
Обедая при впадении Амнускана поймал-таки, небольшого ленка белого цвета, почти без пятен. Вытаскивая, думал, что это хариус или даже голец. Но стоило вынуть из воды, как он на глазах стал темнеть, и к моменту фотографирования серебристость наполовину пропала.
В общем, каковы оттенки дна притока, таких расцветок и его жители. В устье Ванги взял еще одного, и всё – хватит.
После этого притока начались серьезные шиверы со ступенчатыми сливами. Местами едрёно – валы больше двух метров. Обхожу бережнее, уворачиваясь от главных препятствий, но и здесь весело. Часто заливает, иногда полную лодку, но её всплываемость на высоте: осушается в несколько секунд. Разведка не требуется.
Погода прекрасная, +20, медленно плывут облака. У меня же со скоростью передвижения порядок.
Встал в 17.00, пройдя 64 км за 8 ЧХВ.
Непростой день, под вечер входишь в транс от гребли, тело каменеет, плюс укачка на порогах по типу морской болезни «лайт». Но завтра всё образуется и можно быть довольным результатом.
Помышковал на ночь – одна поклевка. Значит, рыба стала видеть приманку, дело идет на поправку. Похоже, в центрифуге-молотилке шивер и порогов, взвесь стала отходить, вода заметно светлеет, при этом обретая желто-зеленый оттенок. Ста километров оказалось достаточно для качественных изменений; еще немного и река восстановится.
Вечером очень тепло, +15.Сон в 22.30.
06 сентября (22-й день)
Проснулся в 3.30 и так и не уснул больше: думал, ворочался. В предрассветной тишине громко рассвистелись рябчики, которых стало очень много, в отличие от пройденного до сих мест, где видел лишь пару штук.
Налетели стайкой свиристели, ненавязчиво посвистели-пошелестели и упорхали.
Очень тепло для осеннего утра, +14.
В 6.30 уже стартанул – неслыханная рань для этого сплава.
Первый час гребли всего ломает после вчерашнего, но потом механизм разогрелся и заработал как надо.
Рыбачу в устьях ручьев – пусто.
Много скал, и большая часть опять зеленовато-серые с белыми прожилками – «халвовые». Кулинарный прессинг продолжается. Сейчас бы отковырнуть веслом килограмм пять к вечернему чайку – да жестковата. Старовата, наверное, залежалась.
После обеда, изрядно наплескавшись в полувысохших порогах, вышел из скальных кренделей в долины пошире, где уклон Маи стала ровнее, а скорость течения однороднее.
И тут же гуси! Гагары! Северные утки и чирки стайками ходят на бреющем. Жизнь наладилась и забулькала, а то одни крохали, да и они встречались крайне редко. Всё-таки не любит пернатая дичь зажатые скалами скоростные участки, ей нужно спокойствие и оперативный простор.
Гребу как робот. Мелодий в голове нет, только счет: 1… 100… 150, и снова.
Раз в полтора часа выхожу на берег, разминаюсь, помогает.
В 16.30 дошел до цели – речки Лимну, ЛБ, то есть за 10 часов перехода, где чистыми грёб 9, преодолев 74 километра. Место для стоянки на стрелке рек оказалось совсем плохое: огромная, низкая, крупногалечная коса, ни дров, ни помышковать. Сместился ещё на 2 км, где всё необходимое обнаружилось, и в лучшем виде.
Река здесь, после впадения чистейшей Лимну, ещё высветлилась.
Весь день пасмурно, небо как ровное серое одеяло без складок, но главное – без дождя.
В сумерках, включив костер помощнее, ушел мышковать, сместившись от лагеря почти на полкилометра, чтобы затем облавливать с перемещением вниз по течению. Занятие увлекательное конечно, однако махать спиннингом впотьмах, находясь под прессингом возможного визита мохнатых гостей, неуютно, мягко говоря. Поэтому, дорыбачив до стоянки, оставил это дело без сожалений, да и не клюет.
Ветерок поднялся, t+12.
Сон в 20.30,
Халвы. Хочется халвы.
07 сентября (23-й день)
Ночью встал, вышел подышать. Опа! Небосвод весь белесый от звезд. Не ожидал.
Проснулся в 4.00. Туман быстро плывет вниз по долине, уносимый холодным ветром.
Сегодня банно-прачечная полуднёвка. Поел, пересчитал продукты – хватает ровно. Постирался, побрился, помылся под палаточным тентом горячей водицей с последующим качественным омовением в реке. Вода, в месте впадения небольшого ключа, градусов 10 навскидку, бодрящая настолько, что холодный ветер, после выхода на берег и обтирания, не ощущается совсем. Нытьё поясницы, просидни и прочий дискомфорт как рукой сняло. Свежак. Бодряк. Крутяк.
Параллельно поднялось тесто, поставленное с утра, быстренько наделал лепешек, собрался и в путь.
Вышел в 11.00. После помывки разморило на волнах – еле гребу, благо, скорость течения здесь хорошая, ровная. Вчера-то рвал и метал, но сегодня и задачи другие.
На плесе, в глубокой заводине, увидел пару хороших ленков, проплывших прямо под лодкой. Забросил в точку, по направлению их движения, удар! Есть один на 2,5 кг. Отпустил. Таким образом, проверил белую, тяжелую колебалку – значит, работает, а то были сомнения в её адрес.
Мая здесь стала совсем прозрачной, с золотым оттенком, дно хорошо просматривается метра на три. Рыба видит, это уже без сомнений. Махал, махал, и – раз! Таймень! Без удара, просто потянул, поднимаясь из глубины и мотая башкой с раскрытыми белыми челюстями. Ну, наконец-то майский таймень, а то я начал было переживать, что не увижу его; река то закончится скоро. Длинный, светлый, 3,9 кг. Беру.
Гребу дальше, солнце палит, под 30 жара, примерно. На воде более-менее, только нос обгорел по недогляду. Проплывая мимо скал, услышал какой-то слабый дребезжащий звук. Кузнечики! Хабаровский край, сентябрь, и кузнечики. Как-то не вяжется в моем понимании.
Решил остановиться пораньше, в связи с уловом, пройдя 29 км за 5 ЧХВ. Место с тихим омутом под скалой, может здесь живет кто-нибудь крупный и соблазнится мышью.
Место ровное, галечное, на мягком илистом грунте от недавно отошедшего уреза воды множество свежих следов росомахи и волков.
Поставил палатку, и начал было обрабатывать рыбу, как услышал хруст веток и бряцанье гальки за спиной, немного правее. Оборачиваюсь – лось вышел на косу, недалеко от палатки и, осмотревшись, двинулся переправляться на ту сторону. Прикрываясь выворотнем, и стараясь прыгать в такт его шагам, доскакал до палатки и взял фотик. Поснимал. Несколько раз прокричал «под птицу». Он не сразу почувствовал подвох, хотя слышимость великолепная, постоял, минуту глядя на меня, сообразил, развернулся и с достоинством убежал своим следом.
Хорошо, наверное, охотиться в этих краях на такую тормознутую дичь, не то, что на нашу дикую живность, имеющую высокие навыки выживания, выдрессированную постоянным преследованием и шарахающуюся от любого звука.
Вечереет, тишина, листик не шелохнется, всё замерло. Изредка посвистывают рябчики. Сижу, кромсаю филе, мелкими ломтиками для усолки.
Уу! Да громко так – я аж вжался в плечи, как от выстрела. Уу-ух!
Филин. Очень близко, где-то в соседних деревьях, но не видно. Вот тоже товарищ – не побоялся моего присутствия на косе, так и сидел в кроне, наблюдал, пока не стемнело. На той стороне реки тоже «заухало» глухо, на что «мой» ответил солидной тирадой, и так до полуночи.
В итоге часть таймешатины крепко засолил, остальное пожарил и сварил, чем и поужинал основательно. Кстати, остатки после разделки рыбы притапливаю камнем в реке, дабы ароматы не распускали, каяк же мою хорошенько в местах попадания слизи и т.п. Это чтобы те, кто будут проходить мимо, проходили мимо.
Помышковал на омуте – пусто. Похоже бесполезно, не будет брать на мыша, закрываю тему.
22.00, t+12. Звезды молчат, совки укают, уточка кря-кря, рыбка буль-буль.
Отбой.
08 сентября (24-й день)
Ночью опять звездно. С утра обильная роса, t+12.
Подъем в 4.30, затемно. Ещё ни одного часа светового времени ни профукал, что есть очень хорошо.
Сборы и выход в 7.30. По реке гуляют клочья тумана. Высоко прошли два больших клина гусей.
Горы расступились, Мая стала шире и часто делится на протоки.
Много больших белых кос, на одной из которых вдалеке увидел крупного медведя черного цвета. Крикнул с расстояния метров 500 – он услышал, постоял, понюхал воздух и ушел, неспеша в лес.
К обеду крепко зажарило, до +30, минимум. Морит.
Дежурно осматривая берега, среди деревьев увидел некое строение, с большого расстояния скорее похожее на беседку, чем на избушку.
Подошел – оказалось это лабаз, мастерски исполненный и, по всей видимости, рабочий, хотя свежих следов пребывания людей нет. Вокруг полно шиповника, сладкого как цукаты. Набрал мешочек.
В 15.00, за час до запланированного времени, остановился в шикарном для мышкованья месте, хотя и зарекался вчера. За мощным перекатом слив с ямой по центру реки, после которого длинный плес, окаймленный с противоположной стороны скалами и глубинами под ними. И всё это удобно простреливается спиннингом с моей стороны. Здесь-то точно живет рыбий царь, и это лучший шанс из предыдущих.
Помимо рыбалки хороша и сама стоянка с большим песчаным пляжем, озерком и видами на Майский хребет.
Единственно, миша прошел по песочку недавно, ну а куда тут без них. При рассмотрении следов, выяснилось, что он приболел животом от злоупотребления клюквой. Похоже, сильно крутануло беднягу, и «медвежья болезнь» случилась с ним безо всякого перепугу; я, по крайней мере, этому не содействовал.
Под вечер налетел ветер; в районе хребта гром, молнии, но обошлось.
В сумерках мышковал: в течение часа активных попыток с полусотней забросов ни одного тычка. Ну как так?
В расстройствах выпил двойной чай с тройной порцией конфет. Нет, так нет.
В 20.30 пошел спать. Сегодня 39 км за 5 ЧХВ. Вечером t+18! Ветер утих, облачно
09 сентября (25-й день)
Посреди ночи загрохотало, засверкало, начался сильный дождь с ветром, но быстро всё стихло, улетело, унеслось.
Встал в 4.30. Состояние отличное.
Вышел в 7.30. Иду ходко, гребу без усилий, как дышу. Работоспособность сегодня иная, видимо из-за полноценного сна и отсутствия жары.
Продолжаю смотреть документальный фильм с проносящимися мимо одиночными горами, живностью, скалами и небесами. Фоном звучит песенка «Есть на свете цветок, алый, алый…»
Поднялся встречный ветер со стороны Охотского моря: здесь оно диктует правила. Холодновато, пока обедал задубел, выручил горячий чай. Вокруг дожди гуляют, у меня же сухо пока.
Стали появляться новые следы пребывания людей – вбитые колья в заводинах, за перекатами, у стариц и тиховодин.
В устье ручья Нальди табор рыбацкий с огромным котлом для ухи и мешком сетей на 80, из лески 0,8! Явно на слона водяного рассчитаны. Мужики тут не мелочатся.
Еще бросился в глаза способ устройства ног под костровую перекладину. В наших черноземных краях они делаются из вбиваемых рогулек, здесь же в виде треног (попробуй, вбей рогульку в галечник), ровно так же, как в фильме «Злой дух Ямбуя» у эвенков. Скорее всего они здесь и рыбачили.
Далее на одной из ямок – хоп, таймешка на 2,7 кг. Жадно взял, в угон, почти самостоятельно запрыгнув в лодку. Отпустил его.
За одним из островов засек еле уловимое движение вдалеке. Думал лось, но нет – лодка! И гул послышался. До устья 40 километров, вот и люди, – пора.
Подхожу ближе, лодка-плоскодонка, длинная, около десяти метров на глаз, стоит, привязанная к берегу. Хозяева мелькают неподалеку в ельничке, лапник собирают. Окликнул, головами завертели, я помахал, увидели. “Идем” – говорит мужик, – “Подплывай к лодке”.
Юра с женой Гитой, эвенки из поселка Удское, расположенного на Уде, выше устья Маи на несколько километров. Направляются на охоту в свои угодья. Очень удивились, что пришел один с Якутии. “А, дикарь” – улыбаются, – “Понятно”.
Лайка бывалая с ними, по кличке «Хой», скарба полная лодка, карабин, дробовик, в общем, всё по уму.
Юра сказал, что ниже, в километре изба, можно переночевать. Упомянул, что на Уде красная рыба «то идет, то не идет», что таймень здесь, в низовьях Маи, на 30-40 кг не редкость, а ловить его надо «на плесАх, а не в уловАх, где он стоит и берет по весне, после нереста».
Вот где разгадка, а я всё налегал на омута, да заводины на сливах струй и под скалами. На плесах то мало кидал. Ясно, попробую успеть исправиться.
Поговорили ещё немного, затем они сели в лодку и мощно стартанули, помахав на прощанье.
Я на предложение остановиться в заимке сразу не обратил внимания, а потом подумал почему бы и нет, тем более что по времени и километражу уже пора вставать.
Изба оказалась свежая, построена на высоком берегу – точно не смоет. Дверь без замка, но закрыта смещаемыми вбок досками, пропущенными в скобы. Да плотно так, что пришлось повозиться, медведю же здесь без шансов.
Послышался далекий гул снизу Маи и, чуть погодя, по центру прошла ещё одна лодка типа «оморочки» с двумя людьми и собакой, сидящей на носу. Увидели меня, подняли руку, я в ответ. С высоты крутояра картина выглядела эпично: темный силуэт длинной лодки с охотниками, поднявшими в приветствии руки и лайкой, смотрящей по курсу, посреди белой от заходящего солнца реки, на фоне серых гор. Графично. Пожалел, что не было под рукой фотоаппарата.
В избушке полно всякой снеди; она ухожена, свежа и чиста. Во многих нюансах видна рука хозяйки.
Не удержался, съел часть сгущенки из высокой пластиковой бутылки и кофе крепкого попил с двойным сахаром. Взял соли грамм 100 на красную рыбу, её осталось в обрез. Больше ничего, иначе не интересно, хочется на своем добре дойти, его хватает ровно.
Топить не стал, и так хорошо. После почти месяца палатки эта простая халупа с дощатой крышей воспринимается как дворец падишаха. Сон на поролоновом матрасе, – о да.
Под вечер небо прочистилось, но тепло.
Итого прошел 47 км за 6 ЧХВ.
Отбой в 21.30.
10 сентября (26-й день)
Спать то удобно, да не спится. Встал в 3.30 и принялся за сборы.
Вышел в 7.00, перед этим оставив в избе над столом записку со «Спасибо…» и сникерсом.
Пасмурно, ветер, но тепло, +12.
Иду в куртке в первый раз за поход. На реке поднялся ветрище, налетела морось и низкие облака, – это именно то, к чему я готов, чего ожидал в низовьях и побережье океана. Гор не видно, деревья гнутся и шумят, волна средняя, болтанка умеренная. На некоторых излучинах, где воздушные потоки бьют в корму, каяк настойчиво разворачивает – бороться бесполезно. В этих местах поджимаюсь к берегу, где временами ситуация помягче, при этом используя боковое давление ветра, что в сумме дает приемлемую скорость. Дождь рваный, иногда проглядывает солнце, рисуя радугу, которая получается в виде очень низкой, пологой, тонкой, но яркой дуги. Блесню на плесах – безуспешно.
Слева впал ручей достойный внимания. Леночек не помешает, надо проверить местечко. Забросил в быстро бегущую в этом районе, Маю. Тычок. За ним ещё дерг, и тут же вывернулось бело-красноватое тело. Хороший дядя здесь хозяйничает, судя по буруну.
Бросаю в условный район перед ним и за него, но нет: похоже укололся, не возьмет. Прокидав весь перспективный участок, решил пройти ещё раз. И не зря – таймень схватил на втором забросе прямо под берегом, в сливе ручья. И пошел тягать, выполнив подряд две «свечки», тряся головой и упираясь на течении. Но я особо не церемонился, не дал уйти на центр реки и, по сути, вытащил на силу, пятясь назад.
В момент, когда он был на берегу, я споткнулся, опрокинувшись в рост со всего маху. Да неловко, здорово долбанувшись пальцем руки об камень. Вскочил, подумав: “Ай, ладно”, оттащил рыбину немного подальше.
А могло закончиться и не ладно, как с Гогой Герцевым в астафьевском «Сне о белых горах», когда он убился, поскользнувшись на камнях и разбив голову, вываживая тайменя. Это про то, что жестко пострадать с последующий вереницей проблем можно буквально на пустом месте, и особенно в суматохе.
Далее сбегал за фотоаппаратом, весами и мешком для взвешивания; кое-как отцепил блесну от хрящеватой челюсти, взвесил. Ровно 7 кг. А на вид больше: прогонистый такой, светлый.
В итоге умаял его в суете – пришлось реанимировать полчаса; думал уже, что не оклемается. Нет, всё завершилось хорошо и, постояв у берега, он уверенно уплыл восвояси.
Ну что ж, замечательно: Мая подарила под занавес неплохой экземпляр.
Чуть ниже, у небольшого холодного ключа, – ещё один на 3,5 кг. Тоже отпустил.
Потом ещё поклёвка и сход.
Судя по карте, это были последние ручьи, впадающие непосредственно со склонов гор. Далее будут только одиночные возвышенности и группы холмов.
Пошел дальше. Полотно облачности стало местами рваться и в эти прорехи заглядывать солнце. Но ветер по реке лютый, преобладающе восточный, студеный, морской.
Гребу, упираюсь. Когда лодку немного развернуло, бросил взгляд назад, мельком заметив несколько черных точек вдали: там, где я прошел минут десять назад. Ага. Медведи. Мать с двумя крупными пестунами. Идут в мою сторону по берегу.
Решил прицепиться к вершине недавно упавшей в реку толстой ели и пофотографировать, подпустив их поближе.
Схватился за ветку, замер; ветер на меня – значит точно не учуют. Они же двигаются быстро; один медвежонок всё время с матерью, другой отстает: возится, копается. Фотографирую, снимаю видео с большим приближением,
но не очень удачно. Так – всё ближе и ближе, очень ловко преодолевая завалы и
торфяные обрывы, медведи подошли метров на 150, то уходя в лес, то возвращаясь к реке. Несколько минут и будут здесь. Хорошее видео наклёвывается. Семейство свернуло в кусты, вот-вот появится мамаша, а ей по этому толстому стволу до меня три секунды в три прыжка, и надо будет успеть
вовремя стартануть по течению вниз.
Долгая пауза.
Смотрю на берег, ловлю движение. При этом фотик, готовый к съемкам, держу в правой руке, в левой зажато весло и макушка елки. Водичка журчит, уточка пролетела.
Тут у меня происходит вброс адреналина, а сердце «дук-дук-дук» затарабанило по восходящей. И голос внутри вопрошает так раздраженно и с удивлением: “Тебе что, не хватило что ли?”
“Да ну их, сниму ходом”, – легко сдаюсь и отцепляюсь.
А они замешкались что-то, меня же вынесло на волны, закачало; и в то время, когда мать вышла на комель «моей» елки, снимать было уже бессмысленно. Пока выправлялся и перегруппировывался, мишки исчезли. Возможность упущена.
Далее протоки, протоки, борьба с ветром и безуспешная рыбалка на плесах.
Обедал без ложки, похоже, забыл в избе. Перерыл всю герму – отсутствует. Вот блин, жалко, – ведь хорошая была, алюминиевая, облегченная! С пюре справился куском бересты.
В 15.30 встал за 1 км до Уды. Оставляю её на завтра – хорош.
Встал на острове, под защитой ив, а ветер свистит, насвистывает.
Перед ужином ещё раз перерыл все вещи, нет ложки. Сделал аварийную, из фольги и трубки для ремонта палаточных дуг. Есть можно.
Тост за успешное завершение Майского сплава и всё: спиртное закончилось.
Аппетит звериный, видимо идет процесс восстановления.
Итого 35 км за 6 ЧХВ, t+12.
Сон в 20.30. Надо бы отоспаться.
11 сентября (27-й день)
Вот! Вот это выспался. Встал в 4.30. Темновато. Ветер дует, но слабый, в четверть от дневного. Надо идти.
На завтрак безумно вкусная молочная гречка с двойным топленым маслом и сухими сливками из сэкономленного.
Ушибленный палец опух и не гнется, при хвате весла неловко торчит, но почти не болит (на момент описания так и не восстановился полностью).
В процессе сборов, на дне одного из пакетов, нашел ложку. Чуть не расцеловал её.
Вышел в 7.00.
И вот оно, устье. Мая, гуд бай. Спасибо за всё!
Уда здесь шире и мутнее, но несет также напористо: километров 5 в час даже против сильного ветра.
Увидел на берегу шиповник, остановился пособирать. Поднимаю глаза – ??? Черёмуха! Крупная, сладкая, почти не вяжет. Насобирал кистей, плыву и неспешно ем. Класс! Прибрежный лес, кстати, значительно изменился; мало лиственницы, больше ели и тополя. Он стал очень похож на южноуральский, и, в частности, обилием черёмухи. Здесь весь этот древесный состав почти не пожелтел, видимо тут теплее, чем в горах. Мари и ягельники пропали, а с ними голубика и брусника.
По берегам и косам гомонят буровато-пестрые птенцы чаек, взрослых же мало. Дело видимо, в том, что лососевые мечут и гибнут после икромета выше в притоках Уды – соответственно основная часть падальщиков жирует там. Здесь же не видно дохляка рыбы, но местами лежат мертвые исклёванные чайчата.
Многочисленные крохалиные стайки ходят туда-сюда, кряковые подпускают в упор, чирков так и вовсе, как мух в августе. Часто встречается орлан-белохвост, завсегдатай больших сибирских рек.
По фарватеру прошла лодка с мужиком: наверх, в сторону Удского. Поприветствовались взмахом руки.
Иду далее, смотрю, что-то появляется на воде и исчезает. Разглядел повнимательнее: ага, это «аквалангисты» – сопровождающие косяки красной рыбы, нерпы, способные подниматься за ней против течения на сотни километров. Излюбленными местами их охоты на рыбу являются улова и заводины после перекатов, где косяки на некоторое время останавливаются перед рывком через стремнину.
Увидев на берегу рыбацкий балок, решил подойти, посмотреть, каковы они здесь, чем отличаются от чукотских. Строение оказалось совсем разрушенным, но удалось разобрать, что сооружение — это простейшее, каркасно-рубероидное и, по сути, летнее, тогда как на севере подобные домики как правило утепленные и с печкой.
На берегу нашел молодых опят, растущих на пне, и нарезал мешочек. Ну, точно, как в пригород Уфы попал, хотя вчера ещё в тайге был – удивительно.
В общем Уда во многом другая река, что и представляет интерес.
Иду не рыбачу, иссяк уже на эту тему. Но, на всякий случай спиннинг не убираю, слушая замысловатую музыку, издаваемую леской на ветру. Эдакие заунывные башкирские мелодии, гармонично ложащиеся на проплывающее мимо не очень веселое окружение.
Ветер свирепствует, но облака стали редеть, небушко появилось.
Гребу упористо, широким махом; скорость приемлемая.
Краем глаза увидел движение неподалеку, по левому, «моему», берегу. Послышались голоса, проявились очертания двух зачаленных лодок, а затем и плохо различимых фигурок в дождевиках цвета хаки. Они активно начали выбрасывать рыбу в реку метров на 20: то ли от того, что меня увидели, то ли просто за ненадобностью. С разбегу, в две руки, держа кетин за хвосты, они один за другим стали метать немаленькие тушки, которые, крутясь в воздухе, по дуге шлепаются в воду. Эдакий серебряный салют. Красиво. Но для неместного это выглядит весьма шокирующе – расточительством добра.
Подплыв ближе, насчитал человек 8. У кустов, на жердине, развешана разделанная рыба, один грохочет икру в контейнер, остальные сели отдыхать, смотрят, как я подгребаю.
«Привет», — говорю громко. «Здорово», – чувствуется, мужики явно напряжены.
В бригаде в основном молодые ребята эвенки, бригадир же пенсионер под 70. Поговорили, рассказал им в общих чертах про свои похождения; вижу, немного расслабились. Некоторые детали озвученного их заметно удивили, особенно молодежь.
В свою очередь рассказали, что идет в основном кета, меньше горбуша, а кижуч и нерка попадают мало и редко. В целом ход рыбы хуже, чем в прошлом году и это уже его окончание. Крупный таймень стоит за и на перекатах, питаясь, в частности, проходной рыбой, нагуливая жирок. Майскую же рыбу они окрестили «худой».
На вопрос по поводу вероятности вылета из Чумикана получил ответ, что вероятность подсадки на рейс самолёта есть, но всё зависит от конкретной ситуации.
Разговариваем под гвалт чаек и плеск нерп, коих множество крутится у берега. Вот уж кто тут жирен сказочно.
На прощание мужики угостили «тешей» двух кетин, мастерски срезанных с туш в одно движение, и затем удаленными брюшными перьями. Четко видно – работал спец.
Пошел дальше.
Ниже, где-то в километре от места встречи, меня обогнала одна из лодок со знакомыми уже парнями. Они, лихо обойдя каяк, сместились метров на 300 ниже, и шустро разложили плавную сеть на стремнине, практически в перекате. Расчет был такой: чтобы сеть закрыла слив струи. Сами же двинули вдоль берега, при этом активно ботая по воде длинными палками-шестами. На выходе из переката кучно и высоко запрыгала кета, а центр сети мгновенно вскипел фонтаном брызг от влетевшего в сетку косяка. Быстро и ловко вытащив сетку с несколькими десятками рыбин, ребята завелись и резко ушли к берегу выпутывать улов. Красиво работают, нечего сказать.
К 15.00 я подошел к горе Уд, выработав таким образом, сегодняшнюю норму. Кидал на перекатах блесну – опять впустую, но главное без зацепов на мели, без потерь. В целом, за поход несколько раз цеплялся за дно, иногда на полном ходу, но всегда обходилось без потерь снастей.
Под вечер ветер стих, небо очистилось.
Кета оказалась вкуснейшая, съел два ломтя с ладонь без хлеба, чуть присолив. А жаренная, так просто объедение: брюшко жирное, ароматное, что и не мудрено, ведь она вчера ещё в океане плавала. Да, знают местные рыбаки в этом деле толк, знают, что, как и у кого надо отрезать.
Соль и масло почти кончились.
Провозился с готовкой до 20.00, пока не запылал закат над успокоившейся широкой рекой. Роса. Звезды появились. Неужели завтра опять будет хорошая погода — невероятно.
В полутьме прошли две лодки, и это весь речной транспорт за день, а представлялось, что здесь проходной двор будет.
Уда оказалась рекой классной: быстрой, малозагруженной, интересной, хотя настраивался на тоску.
Итого сегодня 30 км за 6 ЧХВ, t+12, но не сказать, что тепло.
До Чумакана осталось 35 км, буду идти не торопясь, вдумчиво.
Каяк спрятал за наносник, привязав, на случай ветра.
Отбой в 21.00.
12 сентября (28-й день)
Проснулся в 4.00. Тишина. Полный штиль, небольшой туман, t+3.
Горячий шиповниковый напиток из термоса великолепен, особенно сидя на берегу и созерцании плавно меняющихся с восходом солнца красот. Чайки молча тянут с океана, а вечером летели к нему, бурно галдя. Утки стайками сплавляются по течению. Нерпы редко, но звучно плещутся на ближнем перекате.
Центром Уды идут две лодки, помахал им; мол, привет. Подошли: «Помощь нужна? Без лодки что ли? Продуктов хватает?», – мужики неподдельно озабочены, – «Нет. Спасибо большое, всё в порядке». Уехали.
Вышел в 9.00. Несет хорошо. Пасмурно.
На стремнине, под горой, посреди реки вроде брёвна лежат, но как-то подозрительно упорядоченно. Ближе разглядел нерпичье лежбище и только сумел вытащить фотик, как они сорвались, колыхаясь в воду, с фонтаном брызг и рёвом. Классное представление, только запечатлеть его толком не успел: лодку развернуло.
На прямых прогонах сильный встречный ветер, облачность разорвало.
Ниже встретил ещё одну группу нерп, греющихся под утренним солнцем на косе, сначала услышав их отрывистый рык и только потом, разглядев тушки издалека, примерно за километр. Этих уже более-менее удалось сфотографировать, подобравшись без движения, самосплавом. Зверьки такой встрече очень не рады, потом долго сопровождают, бьют хвостами, кружа вокруг.
Чем ближе к устью, тем больше дробность реки на протоки, бьющихся на мелкие до минимума проходы, теряющиеся в старицах. Иногда доходит до того, что приходится протискиваться в узких берегах и завалах. Сложно ориентироваться, русло здесь разбегается километра на три, в одном месте пришлось немного вернуться и перетащиться на соседнюю протоку.
На одной из кос прямо у реки лежат орудия лова – сплавная сеть и бредень. Видно, порыбачили с утра и оставили до следующего раза, особо на переживая за сохранность.
Высматриваю по левому берегу поселок Алгазею, после которой надо будет резко уходить вправо по узкой протоке, чтобы выйти прямо к Чумакану. Иначе уйду в дельту, и придется помучиться километра три, преодолевая приустьевые отмели.
Далее рыббазы пошли одна за другой, но все пустые.
Люди появились только после подхода чумиканской дороги, которая обозначилась стоящими на берегу внедорожниками. Народ рыбачит, местами семьями: мужики заводят, тетки и дети обрабатывают улов. Собаки бегают. На дворе воскресенье.
Трое парней, с берега увидев меня, прыгнули в лодку и подошли. Обменялись информацией. Сами чумиканские; говорят, что с билетами проблема, нужная протока к поселку уже позади, и что лучше выходить в море к вечеру, по приливу.
Прикинул, что на вечерний я не успеваю, следующий будет утренний и, судя по всему, очень рано. Им и воспользуюсь.
Далее появилось множество последовательно расположенных табличек «РПУ-№…», то есть река здесь поделена промысловиками на участки. Самих рыбаков мало: путина завершается.
Примерно к 15.00, сориентировавшись, остановился. Жара, посушу-ка вещи.
Вечер встретил у воды с третьей кружкой чая с сахаром.
Фонари и костры по берегам.
Спокойствие, тишина, ни ветерка. Гуси протянули строем голов под 100, поднявшись в районе Чумикана, и направившись в сторону Маи. Чайки летают над головой молчаливыми беловатыми кучами в поисках рыбы. Приветствую их криком: «Здорово, красотки!!!» Хохочут в ответ.
Небосвод чист, стали пробиваться звезды. Мужики рыбачат сплавными сетями, нерпы и мишки вышли на рыбалку, крохали и гагары ныряют за мальком; кажется, что только красная рыба не рыбачит за отсутствием аппетита.
Сегодняшний итог – 24 км за 5 ЧХВ, t+10.
Cон в 21.00.
13 сентября (29-й день)
Определив примерно, что прилив должен смениться отливом около 6-ти утра, решил собраться и выйти пораньше.
Встал в 3.30, темень, t+5. Ветер западный, попутный. Плюс ещё в том, что при наличии прибойной волны с океана, он ее уменьшит, либо погасит совсем.
Пока собирался, похолодало до +3, а ветер усилился.
На завтрак рыба с рыбой.
Отчалил в 6.30. Над рекой туман клочьями; рассвело, но звезды всё никак не гаснут. Иду и не пойму, где я, в какой протоке и как строить выход в море. По навигатору можно сориентироваться лишь приблизительно, потому как на картах нитки проток указаны по-разному, в зависимости от уровня воды в момент съемки спутником. Решил по возможности забирать протоками правее и выйти как можно ближе к Чумикану.
Несет быстро. Ниже вода помутнела до цвета молочного какао, скорость упала – видимо это уже зона прилива.
За каждым поворотом и островком лежбища нерп и каких-то усатых тюленей.
Шум, гам, рёв, рык, всплески кучами уходящих в воду туш, заполошные крики чаек и многоголосый писк куличков. Куликов здесь просто тьма, они ходят большими стаями, синхронно и резко меняя направление полёта, подставляя взгляду то темные спины, то серебристые брюшки, при этом переливаясь на солнце сотнями тел. Сложно оторваться от этой гипнотической красоты однородного движения живой массы.
Лодки ходят там и сям, и частенько на максимальном глиссе.
И вот, вошел в безлесную низкую дельту, где в просветах речных рукавов разглядел линию горизонта, где сливается вода и безоблачное небо — океан!
Слева тянутся горы Прибрежного хребта, впереди виден прибой, справа из-за обрыва берега показались строения с антеннами, трубами и сооружениями. Похоже на аэропорт Неран, но навигатор показал, что это и есть поселок Чумикан.
Двинул на него, подсекая протоки, местами поперек них. Расчет по времени был верен, и успел попасть в начало отлива, перетащившись через обнажившиеся галечники всего пару раз, и то коротко. При этом видно как вода уходит, ландшафт меняется на глазах.
Встал на высокой галечной косе, сформированной прибоем и им же заваленной сверху плавником. Вид с нее шикарный.
В первую очередь устроил мини салют: зажег фаер. На пешке, помнится, очень интересовало сработает ли эта штука в нужный момент, ведь покупал я ее ещё в Якутию 2017 и брал в четыре похода с не очень бережной перевозкой-переноской. Так вот, сработал он моментально, горел полуметровым снопом огня минуты две примерно – всё в порядке. Надо только учитывать направление и силу ветра, а то можно обжечься, как в моем случае.
Далее занялся просушкой каяка, ибо солнце печет, плюс ветерок и всё сохнет как под феном.
Дельта на глазах обмелела и стала походить на пересохшие разбои горной реки. Ароматы разносятся морские; остро пахнет водорослями, немного йодом и тухлячком.
Прогулочным шагом, то и дело поглядывая на океан, подошел парень, поздоровался. Оказалось, из Калининграда, зовут Алексеем, здесь по работе и проживает в гостинице.
С вылетом серьезные проблемы: так один из постояльцев гостиницы не может улететь шестой день. Билеты на самолёт бронируются за два месяца, шансы на вторник мизерные, но есть вероятность вертолёта, обслуживающего старателей с дозаправкой в Чумикане.
Я к таким обстоятельствам не был готов, зная по рассказам про проблемы с вылетом в августе, но приемлемую ситуацию с местами в сентябре, а оказалось не так. Немного внутренне расстроился: не хотелось бы застрять здесь на долго.
К 13.00 собрался и пошел в магазин за водой и продуктами, свои закончились, кроме сухого мяса. Очень жарко, ни облачка, ветер стих.
Несмотря, что Алексей упоминал о невысокой стоимости проживания в гостиницах поселка, примерно 1500 р/день, решил ночевать на берегу, уж очень меня впечатлили морские виды днем – вечером же они обещают быть ещё краше.
Цены в магазине бодрые: 1,5 литра минводы стоит 170-180 рублей, сушки около 500, и т. п. Взял картошки на варку, свежего хрустящего белого хлеба, всякой съестной мелочи, и конечно же халвы к чаю. Воды набрал в колодце, которых по поселку рассредоточено штук 20. Попутно выяснил через знающих о завтрашнем вертолёте, который пойдет на Бриакан в 11.30. Вероятность улететь велика, цена 6 т.р., при этом платить за багаж не понадобится. Очень хорошо, ведь перелёт самолётом в два раза дороже и есть ограничение по весу перевозимого в 10 кг, тогда как у меня 25. Единственно, придется ещё добираться до Хабаровска, что тоже не бесплатно и значительно по времени. Но это ерунда.
Вернулся на стоянку. А тут прилив начался. Несколько мужиков и пара пацанов разложили короткие разномастные и разнокалиберные сетки прямо на галечнике у воды, которые постепенно закрывает подъемом.
И рыба пошла, двигаясь в основном вдоль берега. Прибрежная мутная приливная вода на глазах ожила всплесками и водоворотами от тел тюленей, появляющихся и тут же исчезающих, а также ярко белыми тушами жирующих белух. То и дело слышны их шумные выдохи в момент всплытия. Чайки кружат, гомонят, подхватывая остатки рыбы.
Сети задергались, на берег полетели серебристые тушки кетин, выпутываемых рыбаками прямо в воде. Местные действуют четко вне зависимости от возрастов.
Заготовленные емкости, тачки и мешки были заполнены за полчаса активной работы и беготни.
В общем, заход лосося в реку зрелище впечатляющее, эдакий пир на весь мир.
Один из рыбачащих, с удивлением узнав, что у меня нет снастей, одарил кетиной-серебрянкой килограмма на 3.
Часть я пожарил, остальное отдал чайкам, икру же присолил.
Вот и вечер, более-менее тепло, t+12. Сегодняшний итог – 10 км за 2 ЧХВ.
Дописал дневник на ненужных теперь листах карт и разрешений, так как блокнот давно закончил.
Вечер встретил у костра, хоть уже и не в тишине, но в покое, наблюдая прилив на океане, с рюмочкой в руке и картошкой в тарелке.
Благодать.
В итоге уснул под гавканье собак, тарахтенье катеров и рыки тюленей.
Конец похода.
Коротко про выброску.
На следующий день я улетел вертолётом с местными жителями и Юрой (именно он почти неделю мучался с вылетом, и с ним мы добирались на БАМ), до поселка Бриакан. Далее на попутной машине доехали до станции Постышево, что на БАМе, откуда, за отсутствием билетов, я отправился в Комсомольск-на-Амуре, хотя короче было бы через Тынду. Пересаживаясь, день погулял по городу, посмотрел Амур-батюшку. Далее выдвинулся на Хабаровск, где и пересел на прямой поезд до Уфы. Итого дорога от Чумикана до Уфы была преодолена за 8 суток, из которых сутки ушли на пересадки.
21-го сентября прибыл на уфимский вокзал, выпрыгнув из вагона в объятия встречающих.
итоги
Однозначно этот маршрут наиболее замотивированный, если можно так выразиться, в сравнении с ранее пройденным. Интерес и настрой к его прохождению зрели и крепли на протяжении многих лет с детства – не реализовать задуманное было просто немыслимо.
Как и предполагалось, наиболее эмоционально и физически насыщенной оказалась первая, пеше-горная часть с посещением гольца Ямбуй. Все планы, связанные с ним осуществлены.
Про Маю же запомнились ранее сказанные слова москвича Олега Кузьмина, возрастного и опытного походника-водника: «Это самая красивая река из ранее пройденных». Я тогда подумал: «Ну не знаю, посмотрим, ведь сколько речек то распрекрасных за плечами». Так вот теперь подтверждаю: Мая Удская – самая красивая река, из того, что приходилось видеть. Практически четыре пятых своей длины она зажата между горных хребтов, которые задают масштаб, украшая и наполняя ее своим величием, вершинами, скалами.
К сожалению, через фото не удалось передать увиденное как следует. Смотрю сейчас – не то. Ещё считаю, что для полноты ощущений от данного района, к ней надо обязательно прицеплять Уду с выходом в океан.
За 28 ходовых дней было пройдено:
— пешеходная часть 167 км, из них пешие переходы 105 км, подъемы против течения 43 км, радиальный выход на голец Ямбуй 19 км.
— водная часть 536 км, из них по озеру 12 км, сплавы по рекам 524 км.
Количество дней с осадками – 3.
Минимальная температура воздуха -7(в горах), максимальная +33 (в тени).
Пройденный маршрут характеризуется достаточной технической сложностью и большой протяжённостью, полной автономностью, что потребовало хорошей физической, технической и психологической подготовки.
Здоровье не подвело, ковидных последствий, влияющих на работоспособность, я не обнаружил. Купался, мерз, перегревался, всё как обычно. Немного похудел в следствии нагрузок, но на обратном пути в поезде практически вернул потерянное. В аптечку не заглядывал.
Поход был пройден успешно, в пределах графика с некоторым временным запасом по ходу, вызванным хорошей погодой и, в следствие этого, благоприятными условиями движения по маршруту.
Снаряжение.
В целом без нареканий.
Каяк «Эридан» для задач этого похода подошел в самый раз. Главное, что он мне дал, это уверенность в его надежности и возможностях. Нюансы типа: отсутствие воздушных клапанов и накачка баллонов ртом – вообще не напрягали. «Рысканье» на гладкой воде в пределах 10 см, и ещё меньше, если пригрузить нос. Сначала на нем у меня располагались продукты, а потом положил голыш килограмм на 10. В общем по лодке всё ок, также как и по спасжилету от того же «Дракара», который купил специально в этот поход. Тоже отличная вещь, качественная, легкая, удобная, в частности работающая как разгрузка для НЗ и доп. утепление.
Норвежская палатка «Hilleberg Anjan 2» тоже взята под данное мероприятие. Изделие впечатляет качеством материалов вплоть до колышков, которые от вбивания камнями практически не деформировались. Всё сделано по уму и качественно, кстати, в Эстонии. Вес комплекта 1665 гр, что для двухместной очень хорошо, а для однушки нормально. Впереди походы с женой, вдвоем, поэтому и выбор таков. Примечательно, что ткань дна весьма крепкая и самодостаточная поэтому посчитав футпринт лишним, взял кусок фольгоизолона 0,8х1.0м, толщиной 3 мм, весом 70 гр., и подстилал под особо нагруженную зону, в районе входа в жилой объем. Палаткой было очень комфортно пользоваться в плане объема и высоты сооружения, установки и т.д., – я доволен.
Ещё одно добротное приобретение этого года – герморюкзак «Ortlieb» на 140 литров, весом 2 килограмма ровно. Сделан он надежно, качественно, но всё же дополнительно усилил узлы крепления лямок к баулу, пятаками из стропы, склейкой на эпоксидку. По итогу эксплуатации шкура получила лишь несколько поверхностных микроцарапин. Горизонтальная загрузка очень удобна, объем же суммарного барахла влезает в нее плюс-минус на месяц.
В первый раз попробовал идти волок в вейдерсах. Приобрел Финтрейловские укороченные, типа брюк с защищенной поясницей. В целом нормально в них, но без Gore-tex жарковато при +30. Боты сделал из сапог ЭВА 48-го размера, обрезав и пришив хлястики для зацепа крючка вейдерсов. В результате получил обувь в свой размер (с фирменными ботинками в этом плане сложно), хорошо сохраняющую тепло, легкую, с усиленной подошвой, которая почти не стерлась. Судя по чукотской эксплуатации «эвовских» болотников этой же фирмы, ресурс в режиме волока у них примерно 300 км.
Попробовал мембранные носки SealSkinz под вейдерсы – эффект впечатляющий и, видимо, будет ещё сильнее в северных условиях.
Перед отъездом думал: брать ли трекинговые ботинки – из-за веса, но хорошо, что взял. ЭВА (а были мысли пройти и пешку в них), разодрались бы в труху на первом десятке километров.
Для тундры они вполне пригодны, в отличие от горной тайги.
Фото и видео, как и прежде, снимал Fuji Finepix S1 с неплохим зумом, а также простеньким гоупро. Не очень усердствовал в этом занятии, но на небольшое кино материал набрался. Некоторые интересные видео, типа встречи с матерым сокжоем на тропе, к сожалению, сорвались в последний момент. Но о чем действительно жалею, так это то, что не засняты сцены атаки и подходов медведей, как-нибудь со стороны или с коптера. Вот это было бы да. Живописные действа представляются, особенно в реальном звуковом наполнении.
Личных вещей хватило с небольшим избытком по теплу, из-за погоды, хотя и в этой теме обжимался как мог.
Пара новых пуховых спальников Вежа -1 от Сиверы, в сочетании, дала минимум t до -7.
Но это предел, ниже уже холодновато. При этом обычно температура ночью не опускалась ниже +5, соответственно пользовался одинарным, в размере Reg. Long мне великоват. Вес каждого, без чехлов – 530 и 570 гр. Взял их, в частности, из-за возможности объединять в спарку, для походов вдвоем с женой.
Икеевский термос объемом 0,5 литра слаб, в отличии от литрового, испытанного ранее в парном путешествии. Нужно его менять на что-то поинтересней, поустойчивей к холоду.
Рыбу жарил на сковородке d=16см с антипригарным покрытием, облегченную срезом лишней высоты бортов. Вес получился 120 грамм, что приемлемо, и главное, дает возможность получить качественно прожаренные куски рыбы на минимальном количестве масла без пригорания. Она же — крышка для котелка. Сам котелок алюминиевый, 1,5 литра, весом 240 гр., удобный, купленный ещё в Эгвекиноте.
На случай, если основной маршрут сорвется и придется идти по притокам Учура, брал с собой 12-ти метровую сетку на 16, конкретно под тугунка. Но попал туда, куда хотел, и соответственно она не понадобилась – ни разу не ставил.
В этот раз обошелся ножом Victorinox небольшого состава, в частности ножницами, и весом 80 гр.
Аптечка потянула на 300 грамм.
Пауэрбанков хватило, брал два, на 10000m/ah и 14000(этот полностью набирал воды в чукотском походе, но после просушки исправно работает до сих пор), плюс по три аккумулятора для фотоаппарата и гоупро.
Трекер, отработал четко, связь в норме. За месяц аккумулятор сел меньше чем на треть. Ссылку на трек отправлял МЧСникам, друзьям, и она также не подвела.
В описания и впечатления от некоторых мелких элементов снаряжения вдаваться не буду, чтобы не затягивать тему, а приложу общее фото того, что брал.
Опасности.
В этих краях безусловно и с большим отрывом по степени прямых рисков для жизни являются встречи с медведями на тропе. Звери непуганые, любопытные, плюс велика вероятность спонтанных столкновений вплоть до лобовых и с любыми «типами»: молодняком, медведицами с потомством, или доминантными самцами.
Это в тундре их, как правило, видно за километр, в тайге же они часто возникают совершенно неожиданно, из ниоткуда, и уходят в никуда. Особо опасными я считаю русла ручьев и рек с шумом воды и прилегающие к ним территории, где они любят ходить, и где шаги идущего не слышны уже в десяти метрах от идущего. Следующее — это звериные тропы в районе основных перевалов, где концентрация мигрирующих животных, а соответственно и хищников, очень высока.
Самым главным фактором для одиночных ходоков в этой теме, на мой взгляд, является опыт встреч. Его хорошо бы накопить сначала в составе группы, а именно: посмотреть на медвежьи повадки при встрече, увидеть их реакцию на опасность, попробовать подавить свой страх, поорать на них и тому подобное. То есть подготовиться настолько, чтобы не потерять самообладание в опасной ситуации будучи один на один с животным, и не побежать в критический момент.
Для себя считаю испытанную схему звук + фаер достаточно действенной, при этом темы петард и перцовых баллонов требуют дополнительного рассмотрения с учетом практики. Вероятность же эффективного применения ружья по несущемуся в лоб медведюге, представляется крайне сомнительной. Для этого надо иметь крепчайшие нервы и очень большой опыт тренировок в тире, то есть полную уверенность в точности выстрела в решающий момент, когда ошибка недопустима. Стрелять же загодя, с большого расстояния, чревато ранением зверя с соответствующими последствиями, а главное не нужно, ведь, скорее всего вы разойдетесь миром.
Вдобавок представьте хождение с 40 килограммами за спиной и заряженным четырехкилограммовым ружьем в руках, да по стланику, где их и так не хватает конечностей, да по курумам и прочим «удобствам» — озвереешь.
Риски пожаров и наводнений в этом районе существуют. Здесь в помощь мониторинг ситуации до, а затем и в самом походе. Повышенная и постоянная внимательность к погодным условиям и их изменениям. Это же относится и к прохождению порогов, преодолению курумов и стланика, пользованию горелкой в палатке, переносу котелка с кипятком, поеданию брусники и т.п.
Перед выходом подал онлайн заявки в МЧС по Республике Саха и Хабаровкому краю. По ходу движения они уточняли ситуацию у координатора похода, завершив контроль звонком в назначенную дату, когда я был в Комсомольске-на-Амуре. Всё четко, без недоразумений.
Особенности одиночного хождения.
Чувства глубокого или хотя бы лирического одиночества я не почувствовал. Возможно, из-за малой протяженности маршрута, все-таки 29 дней — это короткое путешествие.
Плюс постоянно тебя сопровождает различная живность, живой природный антураж, не на Марсе же прогуливаешься. Интересным было погружение в себя, долгое молчание наедине со своими мыслями, что, наверное, весьма полезно для психики.
В походе воспользовался советом Сергея Варнакова из Брянска, имеющего большой опыт одиночных мероприятий, в частности 75-ти дневного по Таймыру. Он рекомендовал нивелировать эмоции, сглаживая радости и возможные депрессивные состояния, придерживая свое внутренне состояние в максимально возможном равновесии. Попробовал, мне помогло.
Трудно подобрать эпитеты, чтобы описать, как понравилось двигаться в своем графике и ритме. Было очень здорово и, в то же время, удивительно, что не надо никого будить, укладывать спать, напрягать, уговаривать ускориться, взять себя в руки и т.п.
Свобода от обязательств ведущего — это просто кайф: всё просто, по делу, классно.
При всех плюсах и восторгах от одиночного похода, следует признать, что в его ключевых моментах, несмотря на в целом верное поведение, мне очень повезло, и дальнейшее существование — это однозначный бонус. Презент от добрых духов.
Общие нюансы.
Бюджет составил около 50 тыс. рублей (транспорт, продукты, связь, расходные элементы типа батареек, репеллентов и т.п.).
По времени, с учетом дороги мероприятие заняло 45 дней.
Продуктов хватило с учетом запланированной рыбы. По итогу сложилось мнение, что 420 гр/день в длительном пеше-горном режиме это полуголодный минимум, ниже совсем плохо. Для комбинированных маршрутов, и при уверенности в подкормке на реках – вполне нормальный объем. На простом сплаве, возможно, даже лишка.
На выходе у меня осталось грамм 200 сухого мяса и немного васаби.
Рыбы наелся так, что к океану, на выходе, доедал ее «за маму и за папу». С соленым тайменем разобрался уже в поезде, не спеша.
По рыбалке скажу, что нарыбачился вдоволь, подержал рыбу на крючке, нахлестался спиннингом от души, намышковался, в общем, прочувствовал тему как следует. Зуд поутих до весны.
И ещё две темы, от которых случилось пресыщение. Одна из них – медвежья, лечащаяся временным смещением района путешествий на Севера, где бурых мало и ситуация попроще по причине их лучшей «воспитанности». В зону же, посещаемую белыми, лучше вообще не соваться. Вторая — это преодоление искусственных ограничений, придуманных людьми, при заброске-выброске или на самом маршруте. В этом плане выводы для себя я сделал и факторы, ставящие под угрозу мероприятие постараюсь впредь исключать в принципе.
Поскольку на данный момент одиночные походы находятся вне спортивно-туристического закона, то и составлять полноценный технический отчет с целью категорирования и зачета нет смысла. Когда-нибудь ситуация наверняка изменится и тогда, сравнивая опыт этого похода с предыдущим групповым, я бы поддержал мнение некоторых бывалых «солистов», утверждающих о необходимости добавлять баллы при оценке категорийности в этом сегменте за соответствующую сложность и риски хождения «в одно лицо».
Далее, не могу не поблагодарить Владимира Солоновича, Олега Кузьмина и Сергея Варнакова за информацию о районе и консультации по одиночным мероприятиям; семью за умеренное сопротивление при подготовке и осуществлении задуманного; местных жителей за отзывчивость и участие. В этом моменте отдельное спасибо Афанасию Тимофееву из Удского – хозяину избушки на Мае, в которой удалось переночевать. Мы связались позже, хорошо пообщались и за съеденную порцию сгущенки я отплатил важной для него информацией о верховьях реки, так что теперь имею в кармане приглашение в гости, если судьба занесет в те края ещё раз.
И, конечно же, благодарствую Олегу за помощь в преодолении проблемы проезда до точки старта путешествия. Здесь я должен отметить, что осуществленный способ заброски не может являться примером, а тем более руководством к действию для посещения Токо, рекомендую найти официальные варианты.
Добавлю, что оценки, изложенные в отчете субъективны, основаны на личном опыте, собственной жизненной и гражданской позиции. Некоторые имена участников рассказа изменены для того, чтобы публикация отчета не навредила им по каким-либо причинам.
В заключение скажу, что никакого сожаления об окончания этого интересного и полного новых ощущений похода у меня не было, и нет. Он случился, как и задумывался – за ним же идут последующие темы, разнообразные и разнохарактерные, распланированные на несколько лет. Это понимание ввергает в спокойствие и равновесие.
Чего и всем желаю.